— Что касается Кровавой духовной жемчужины у тебя… — Хуа Чжангэ сделал паузу и неожиданно снисходительно добавил: — Распорядись ею как пожелаешь.
Ему было достаточно, чтобы она осталась рядом.
Жун Шан удивлённо приподняла бровь. Хуа Чжангэ больше не нужна жемчужина?
Она повернулась к Хуа Чжансюаню. Его лицо было напряжено, настроение явно испортилось.
Неужели она что-то просчитала неверно?
— Нет, — холодно и жёстко произнёс Хуа Чжансюань. — Брачный союз с государством Юнь изначально касался нас с тобой. Пока меня не было в Империи, Владыка Чжангэ самовольно договорился с Юнь. Я этого так не оставлю.
Жемчужину он мог уступить. Но Юнь И — ни за что.
В зале тут же поднялся гул. Хуа Чжангэ опасно прищурился.
— Хорошо.
Через короткую паузу он холодно усмехнулся:
— Я приму твой вызов.
***
Брак Хуа Чжангэ с принцессой Юнь И уже считался решённым делом.
В дворцовом зале Жун Шан пожаловали титул наложницы Юнь. Ради неё Хуа Чжангэ даже переименовал дворец Хуалин в дворец Юньхэ и отдал его ей под резиденцию.
Проходя мимо Хуа Чжансюаня, Жун Шан протянула ему Кровавую духовную жемчужину.
Но он поднял глаза и вместе с жемчужиной взял её за руку.
Теперь Жун Шан была наложницей Хуа Чжангэ. Сделать такое перед всеми министрами означало открыто бросить ему вызов.
Воздух вокруг постепенно холодел.
Хуа Чжангэ смотрел на руку брата мрачно и свирепо. Ему хотелось сжечь её вместе с владельцем.
Но разозлиться он не успел: Жун Шан высвободилась.
— Владыка Чжансюань, прошу вас сохранить эту жемчужину для Юнь И.
Она подняла глаза и слегка улыбнулась. Однако, встретившись с его сложным, потускневшим взглядом, неожиданно ощутила вину.
Двое мужчин. Стоило проявить доброту к одному — и всё выглядело как измена другому.
Тонкий знакомый аромат всё ещё окутывал Хуа Чжансюаня. Он сжал губы, а правую руку у живота — в кулак.
Терпение. Это дворец Юэин, территория Хуа Чжангэ. Здесь нельзя действовать необдуманно.
В конце концов он подавил и нежелание расставаться, и обиду. Вновь протянул руку, но на этот раз лишь забрал жемчужину.
Лёгкий ветер коснулся зала. Жун Шан уже прошла мимо.
Глядя ей вслед, Хуа Чжансюань почувствовал, будто в груди образовалась пустота. Боль пришла слишком быстро.
Он и сам не понимал, когда начал желать её совсем не так, как следовало.
***
К вечеру Хуа Чжангэ устроил в саду Хуа пир для послов государства Юнь.
Снаружи было шумно и оживлённо, а дворец Юньхэ оставался тихим.
Это даже к лучшему. После долгой дороги Жун Шан устала.
Она лишь не ожидала обнаружить здесь купальню с горячим источником.
В её глазах мелькнула лёгкая улыбка.
Отослав служанок, Жун Шан сняла тяжёлый свадебный наряд и погрузилась в воду. Тепло поднялось до груди, и всё тело сразу расслабилось.
В клубах белого пара она запрокинула лицо, прислонилась к краю бассейна и закрыла глаза.
Но едва вспомнила о задании, тут же снова их открыла.
— Двое мужчин… Одному любовь, другому материнскую заботу?