Жун Шан совершенно не могла связать этого человека с Гун Цзымо из прошлого мира.
Она снова посмотрела на красивое лицо Хуа Бэйсина.
Когда тот приблизился, подняла кулак.
Бух!
Ещё раз.
Хуа Бэйсин застыл.
— Ты… ты зачем опять меня ударила?!
У этого молодого господина тоже есть характер!
— Потому что напрашиваешься. Достаточная причина?
Жун Шан нахмурилась, выглядела действительно плохо.
— Иди купи жаропонижающее.
— Ты…
Неизвестно почему, но увидев раскрасневшееся от температуры лицо, Хуа Бэйсин внезапно смягчился.
— Ладно. Этот молодой господин добрый. Куплю так куплю.
На этот раз Жун Шан не стала преграждать путь.
Наверное, поверила.
И именно поэтому Хуа Бэйсин снова начал раздражающе шагать туда-сюда через порог, проверяя реакцию.
Жун Шан просто закрыла глаза.
Как же хочется его прибить.
— Эй, странно. Ты не боишься, что я тебя обману?
Вдруг уйдёт и вместо аптеки отправится развлекаться?
— Не боюсь.
Жун Шан даже не открыла глаз.
— Ты всё равно вернёшься.
«…»
Хм.
Сколько уверенности.
Словно если он вернётся без лекарства, сразу получит ещё.
Ладно.
Раз ей так плохо, спорить не будет.
— Жди.
Хуа Бэйсин ушёл.
Жун Шан снова легла.
Странно.
Раньше она почти никогда не болела простудой.
— Это тоже сюжет?
Не утонула — поэтому теперь должна заболеть?
Система: [Нет. Вы действительно заболели.]
«…»
Жун Шан тяжело выдохнула.
Неужели стареет и организм уже не тот?
Она немного полежала и снова провалилась в сон.
Неизвестно сколько прошло времени, когда кто-то вошёл.
Жун Шан решила, что Хуа Бэйсин вернулся с лекарством и сейчас разбудит.
Но человек лишь посмотрел и снова вышел.
Странно.
Хотелось подняться и проверить, но сил не было.
Она снова закрыла глаза.
Всю ночь сознание плавало в тумане.
Глубокой ночью кто-то опять вошёл, измерил температуру и обнаружил почти тридцать девять.
На лоб приклеили охлаждающий пластырь и дали жаропонижающее.
Жун Шан почти ничего из этого не запомнила.
Проспала до десяти утра.
Когда очнулась, температура уже спала.
На лбу всё ещё держался пластырь.
Жун Шан сняла его и улыбнулась.
Не ожидала.
Вчерашняя личность, оказывается, довольно заботливая.
Она спала — а он всё равно пришёл, наклеил пластырь.
Хотя Жун Шан успела дважды ударить его по лицу.
Она снова улыбнулась.
Ладно.
Увидит — даст мазь как компенсацию.
Жун Шан отбросила одеяло и только собиралась встать, как снаружи постучали.
Тук-тук.
Она подняла бровь.
Когда этот тип успел стать таким вежливым?
— Входи.
Жун Шан потянулась.
Но в следующую секунду услышала мягкий мужской голос:
— Открой, пожалуйста. У меня руки заняты.
Хм?
Тон совсем другой.
Странно, но она всё равно подошла.
Открыла дверь.
Мужчина держал поднос.
На нём белая рисовая каша, несколько небольших блюд, палочки и ложка.
— Я сварил кашу. Поешь хотя бы немного.
Он говорил с мягкой улыбкой.
Жун Шан смотрела на него и постепенно замерла.
Окинула взглядом одежду.
Белая рубашка.
Белые брюки.
Вчера он выглядел совершенно иначе.
Неужели… ещё одна личность?