Все, кроме Су Цзюня, на мгновение застыли.
Особенно потрясены были люди Мо Чжаня. Они не знали настоящей природы госпожи и теперь собственными глазами увидели, как она превратилась в дым. Несколько человек отступили, ощущая холод по спине.
— Где… где госпожа?
Двое поддерживали потерявшего сознание Мо Чжаня и растерянно оглядывались.
— Вы тоже это видели?
Кто-то даже тёр глаза, решив, что ему показалось.
Впереди хлопнуло.
Холодный ветер пронёсся по комнате. Жун Шан появилась перед Юэ Хао и одной рукой перехватила оружие.
Его зрачки сузились. Он отступил.
— Мо Цици?
На губах женщины играла мрачная улыбка.
— Хочешь умереть?
Слева раздался слабый щелчок. Другой мужчина уже нажимал на спуск.
Су Цзюнь быстрее обернулся, вырвал оружие у подчинённого и ударом ноги отбросил его.
— Вы все решили восстать?!
— Не смеем.
Люди сразу опустили головы.
Юэ Хао тоже смотрел вниз, всё ещё сжимая половину оружия, другую часть которого держала Жун Шан.
Су Цзюнь перевёл взгляд на неё и немного смягчился.
— Мо Цици, отпусти его. Мы немедленно уйдём.
Жун Шан подняла глаза.
Су Цзюнь лениво улыбнулся.
— Ты ведь не хочешь, чтобы я продолжал тебя преследовать?
Он всегда выполнял обещания. И сейчас действительно защищал её от собственных людей.
Жун Шан слегка кивнула и холодно посмотрела на Юэ Хао.
Она разжала руку.
Су Цзюнь дёрнул подчинённого за воротник к себе.
— Дома я с тобой разберусь.
Жун Шан повернулась и прошла мимо. Су Цзюнь молча смотрел ей вслед; в тёмных глазах смешались сложные чувства.
Юэ Хао заметил его потерянность и тоже нахмурился. Но раз решение босса было окончательным, спорить он не стал.
Жун Шан подошла к Мо Чжаню.
Через несколько секунд Су Цзюнь произнёс:
— Уходим.
Он развернулся и широкими шагами направился к выходу. Остальные подняли товарищей, которых случайно задели собственные выстрелы.
Ближе к одиннадцати вечера вертолёт поднялся над двором.
Жун Шан велела перенести Мо Чжаня в спальню. Уложив его, она вышла за аптечкой, чтобы обработать синяк у губ.
На лестнице телохранители как раз тащили сопротивляющуюся Е Вэйю.
— Отпустите! Что вы делаете?!
Перед опасностью вся её прежняя элегантность исчезла.