Жун Шан приподняла бровь. Гу Байли стоял с надутым и недовольным лицом.
Что с ним?
Заметив, как Вэнь Цин сдерживает смех, она сказала:
— Выйди.
— Я?
— Да.
— Почему? Это и мой кабинет.
— Мой ученик будет убираться.
Вэнь Цин замер.
«Мой» ученик?
Он неохотно двинулся к выходу, но, проходя мимо Гу Байли, снова рассмеялся.
— Чего смеёшься, глупый смертный? — раздражённо спросил юноша.
Жун Шан почувствовала стыд вместо него.
Вэнь Цин окончательно расхохотался и решил смеяться уже снаружи.
Ему было любопытно, как вспыльчивый младший брат уживается с таким учеником.
Наверное, примерно так:
— Гу Байли, убери кабинет!
— Наглец! Как смеет простой смертный приказывать молодому господину?
И следом удар по голове.
Но на деле всё было иначе.
После ухода Вэнь Цина Жун Шан спокойно отпила горячей воды.
Гу Байли отряхнул испачканную белую одежду и решил переодеться.
— Куда?
— Молодой господин идёт менять одежду. Провожать не нужно.
Он явно забыл об уборке.
Жун Шан постучала пальцами по столу.
— Гу Байли, кабинет ещё не убран.
Юноша повернулся и высокомерно поднял подбородок.
— Разве человек моего положения должен самостоятельно заниматься уборкой?
Жун Шан улыбнулась.
— Тогда зачем человеку твоего положения самому есть? Может, я буду есть вместо тебя?
Гу Байли не нашёл ответа.
Время шло. Жун Шан стала серьёзной.
— Убирай. Потом вместе поедим.
Вместе поедим?
Глаза Гу Байли сразу загорелись.
— Правда?
Он тут же понял, что ответил слишком поспешно, выпрямился и вернул надменный вид.
— Раз ты так хочешь пообедать со мной, молодой господин великодушно согласится.
Жун Шан мысленно спросила, можно ли его ударить.
Система отказала.