Чу Фань вскрикнул и отшатнулся, не понимая, почему ударили именно его.
Никто не посмел вмешаться, даже родители.
— Юньтин, она жива. Успокойся, — сказала старая госпожа.
Но второй удар сбил Чу Фаня с ног.
— Мне ещё и учить тебя, как следить за собственной женой?
Перед всей роднёй он мог лишь краснеть и повторять:
— Простите.
Жун Шан наблюдала с явным интересом и не собиралась останавливать мужа.
Бай Сюэ не выдержала:
— Дядя, когда Янь Жань вернулась, на ней не было ран. Она сама порезала руки. Посмотрите: это следы ножа!
— Замолчи, — прошептал Чу Фань, видя, как мрачнеет лицо Юньтина.
Но жена оттолкнула его руку.
— Янь Жань, осмелишься сказать правду мне в лицо?
Старая госпожа принесла дезинфицирующее средство и бинты.
— Жаньжань, дай обработать руки.
— Мама, со мной всё хорошо.
Жун Шан мягко коснулась её ладони и вышла в центр круга.
Сы Юньтин тут же обнял её и подул на порезы.
— Что ты хочешь сказать? — спросила она у Бай Сюэ.
— До твоего возвращения я всё время была на крыше. Почему я не слышала шагов? Почему ты мгновенно появилась за спиной, хотя секунду назад тебя там не было? Объясни!
Бай Сюэ хотела доказать, что странности заметила не только она. Именно поэтому сначала приняла Янь Жань за призрака.
Жун Шан ещё не успела ответить, как Юньтин усмехнулся:
— Что за бессмыслицу ты несёшь? Я думал, племянник выбрал добрую и достойную жену. Доброты не видно, зато разжигать семейные скандалы она умеет превосходно.
Чу Фань промолчал. Он уже поднял руку, собираясь для вида ударить Бай Сюэ, но тут прозвучал приказ:
— Сяо Чжан, отведите эту женщину обратно на крышу.