Он хотел всю жизнь держать её за руку.
Крепко.
Никогда не отпускать.
По дороге проходили люди.
Они удивлённо оборачивались в их сторону.
Жун Шан несколько раз попыталась оттолкнуть Му Ишана, но тот всё равно не отпускал.
Да что с ним сегодня?
Прошло довольно много времени.
Когда он понемногу пришёл в себя,
руки на её талии ослабли.
Жун Шан отступила.
Подняла голову и встретила его глубокий, горячий взгляд.
— Шэншэн, спасибо.
— Спасибо? — она приподняла бровь. — За что?
— За то, что ради меня отказалась от работы.
Если честно, когда он сегодня сидел внизу и слушал её слова со сцены, глаза тоже едва не покраснели.
Он не ожидал, что она всё это время помнила его чувства.
— Мы супруги. Учитывать твои чувства — нормально.
— Шэншэн, давай поедем в свадебное путешествие? — Мужчина был растроган. Тёплая ладонь легла ей на лицо, а взгляд стал особенно нежным.
Медовый месяц, который он задолжал ей так давно, пора было вернуть.
***
Через несколько дней Жун Шан собрала вещи и приготовилась лететь за границу.
Госпожа Му и её собственная мать специально приехали с севера города проводить её.
Даже привезли горячий куриный бульон.
Колёсики чемодана загрохотали по полу.
Три женщины в гостиной одновременно подняли головы и увидели, как Му Ишан спускается по лестнице с багажом.
Увидев госпожу Юй, он сначала подошёл поздороваться.
Только потом повернулся к Жун Шан, которая сидела в стороне и пила бульон, и молча стал ждать.
Когда она допила и поставила миску на стол, Му Ишан протянул руку.
— Пойдём.
У двери две женщины примерно одного возраста долго держали Жун Шан за руки и напоминали ей отдыхать и не переохлаждаться.
Как ни крути, беременности всего чуть больше двух месяцев.
Вообще-то ей следовало бы спокойно сидеть дома, а не ездить по миру.
Перед отъездом госпожа Му ещё и шлёпнула сына.
— Хорошо заботься о моей невестке. Иначе я с тебя спрошу.
— Знаю. — Му Ишан нахмурился.
Будто он сам не будет заботиться о собственной жене.
Рейс был в девять.
После восьми они выехали в аэропорт на западе города.
По дороге Жун Шан получила сообщение от госпожи Му: беречь себя и ребёнка.
Му Ишан как раз сидел рядом и увидел.
Он цокнул языком.
— С тех пор как ты пришла в семью Му, у меня дома вообще никакого статуса не осталось.
— А ты хотел статус? — Жун Шан со смехом поддела его.
Му Ишан вспомнил её недавние слова и сразу немного прокис.
— Да-да. Теперь я дома третий. Какие у меня могут быть возражения?
Она сама сказала:
родители и ребёнок — первые,
она — вторая.
А он... последний.
Му Ишан замолчал. Обидно.
— Ладно. В моём сердце ты первый. Всегда первый. — Увидев его унылый вид, Жун Шан всё-таки улыбнулась, погладила по голове и сказала что-то приятное.
— Правда?
— Правда.
Хм.
Мужчина гордо отвернул лицо.
Вот так уже лучше.
...
Ровно в девять самолёт во Францию взлетел.
А Чэн Сюэбинь к тому моменту уже притащил в западный аэропорт целую гору сумок и пакетов.
Супругов он не увидел.
Зато увидел, что рейс, о котором говорил Му Ишан, уже улетел.
Он тяжело вздохнул и позвонил матери.
— Их самолёт уже взлетел.
— А мне сказали, рейс в десять.
Сейчас ведь всего одна минута десятого.
— А? — госпожа Чэн растерялась. — Разве не в десять?
— Нет, нет.
Он так и знал: кузен специально оставил лазейку.
— Ладно. Тогда возвращайся быстрее.
Эх.
После звонка Чэн Сюэбинь ещё долго сидел в аэропорту и вздыхал.
Вдруг зазвонил телефон.
Он посмотрел на экран — лицо резко изменилось.
Быстро огляделся по сторонам.
Ничего подозрительного.
Чэн Сюэбинь поспешно навьючил на себя все сумки.
Он хотел бежать, но сзади...
— Он там!
Группа девушек вдруг указала на него.
Сразу после этого кто-то сказал:
— Спасибо.
Услышав этот голос,
Чэн Сюэбинь почувствовал, как сердце подпрыгнуло от испуга.
Он уже сделал длинный шаг вперёд,
но кто-то схватил его за ворот сзади.
В следующую секунду раздался смеющийся голос Шэнь Цаньяна:
— Чэн Сюэбинь, куда опять собрался убегать?
— Я...
До свидания!
Он развернулся, собираясь уйти, но Шэнь Цаньян приблизился и что-то тихо сказал.
Чэн Сюэбинь застыл на месте.