Кинжал опустился.
Окровавленные пальцы вместе с Кровавой духовной жемчужиной упали на землю.
Жун Шан безучастно наклонилась и подняла реликвию из лужи крови.
Когда она повернулась, мир снова пришёл в движение.
За спиной раздался страшный вопль Цзян Муяня.
— Моя рука! Моя рука!
Кто отрубил ему пальцы?
От пронзительной боли лицо Цзян Муяня побелело. Он едва не потерял сознание.
В этот момент впереди прозвучал спокойный голос Жун Шан:
— А Мо, пойдём домой?
Цзян Муянь прижал раненую руку и с ненавистью посмотрел на неё.
А затем увидел в её ладони жемчужину.
Это она.
Точно она!
Инь Мо тоже заметил реликвию. Его взгляд задержался на руке Жун Шан, брови сошлись.
Как это произошло?
Жемчужина ведь была у Цзян Муяня. Когда Муюй успела вернуть её?
Он посмотрел на брата за её спиной и нахмурился ещё сильнее.
Кто отрубил ему пальцы?
Вопросов было слишком много.
Но Жун Шан уже шла к нему. Инь Мо мягко улыбнулся и протянул руку.
Никто не ожидал, что обезумевший от боли Цзян Муянь внезапно нападёт со спины.
Он вложил в удар всю ненависть.
Ладонь с огромной силой обрушилась на спину Жун Шан.
Она выплюнула кровь, окрасившую белое свадебное одеяние.
«Негодяй. Посмел ударить исподтишка».
Лицо Инь Мо изменилось.
— Муюй!
Удар был слишком быстрым и жестоким. Жун Шан побледнела, словно внутренности разорвали на части.
Ноги подкосились, и она упала в объятия Инь Мо.
— Муюй! Муюй!
Он снова и снова звал её. В его лице были боль и страх.
Жун Шан слабо улыбнулась и подняла окровавленную ладонь. В ней сияла жемчужина.
— Видишь? Я вернула её тебе.
Боль становилась невыносимой, кровь продолжала течь изо рта.
Холодная рука Инь Мо коснулась её лица.
— Муюй, не пугай меня. С тобой всё будет хорошо.
Жун Шан поняла, что красивой точки в этом мире не получится.
Впрочем, сегодня они уже поженились. Задание можно считать выполненным.
Она с трудом вложила жемчужину в его руку.
— А Мо, с серьёзным лицом ты красивее.
Когда он страдал, выглядел ужасно.
Инь Мо понимал, что она пытается его рассмешить, но улыбнуться не мог.
Убийца стоял рядом, однако месть больше не имела значения.
Инь Мо поднял её на руки.
— Не говори. Я отнесу тебя к Хань Цину.
Но в тот миг, когда он поднялся…