Фэн Цзюэ действительно было трудно оправдываться.
Но увидев, насколько бодрой она стала, неожиданно почувствовал облегчение и даже рассмеялся.
— Хватит.
Он снисходительно перехватил руки.
— Я тебя спас. Даже если благодарить не хочешь, избивать необязательно.
— Спас?
Очень смешно.
Спас до собственной кровати.
Жун Шан ещё раз ударила.
Потом поднялась, но Фэн Цзюэ подставил ногу.
Она снова упала прямо на него.
Он тут же обнял.
— Не буянь.
— Я очень устал.
Ночью температура долго не спадала.
Фэн Цзюэ не решался уснуть, боялся пропустить ухудшение.
Лишь около семи утра коснулся её лба и понял, что жар ушёл.
Тогда ненадолго прикрыл глаза.
И сразу после пробуждения получил ногой с кровати.
Он одновременно раздражался и находил это забавным.
Но сейчас действительно едва держался.
Фэн Цзюэ снова закрыл глаза.
Жун Шан лежала у него в объятиях и постепенно восстановила события прошлой ночи.
После траурного зала у неё поднялась температура.
Потом она вроде бы потеряла сознание в машине…
Через несколько секунд Жун Шан поджала губы.
Они почему-то до сих пор немного горели.
Она пока не стала придавать значения.
Ладно. Считаем, он её спас.
Жун Шан хлопнула его по руке.
— Эй, отпусти.
На этот раз Фэн Цзюэ послушно разжал объятия.
Жун Шан пошла умываться.
И в зеркале заметила губы.
Бровь поднялась, взгляд стал опасным.
Фэн Цзюэ как раз вошёл.
Она повернулась с полуулыбкой.
— Господин Цзюэ, объясните мне кое-что.
— Почему у меня губы опухшие и потрескавшиеся?
Фэн Цзюэ отвёл взгляд.
— Не знаю.
— Не знаешь?
Жун Шан вытолкнула его к раковине и прижала ладонью к краю.
Фэн Цзюэ на мгновение задержал дыхание.
Перед глазами были длинные ресницы, аккуратный нос, мягкие красные губы.
Вспомнив ночь, он почувствовал сухость во рту и машинально провёл языком по своим губам.
Жун Шан спросила прямо:
— Фэн Цзюэ, ты тайком меня целовал?
Ни смущения, ни намёков.
Фэн Цзюэ почему-то даже показалось это милым.
А затем стало грустно: теперь она вообще не хочет с ним быть.
— Да. Целовал.
Сказал совершенно уверенно.
Жун Шан подняла бровь.
Фэн Цзюэ отвернулся, включил воду и плеснул себе в лицо.
Спина казалась неожиданно одинокой.
Жун Шан вспомнила сказанное в машине и молча встала рядом умываться.
Когда закончила и смотрела в зеркало, в отражении Фэн Цзюэ подошёл сзади.
Руки обняли за талию, подбородок лёг на плечо.
— Шэн Чжанань…