Сколько Гуань Шули ни молила, это не помогло.
Фэн Шэн лично притащил её к второй наложнице.
Выглядел он свирепо и, войдя, с ноги опрокинул стоявший впереди стул.
Гуань Шули вскрикнула, а вторая наложница нахмурилась.
— Молодой господин Фэн, каким ветром вас сегодня занесло?
— Хватит болтовни. Твоя дочь должна мне пятьдесят серебряных долларов. Живо доставай деньги.
Вторая наложница резко повернулась к дочери.
Гуань Шули поспешно запротестовала:
— Нет! Я не должна ему столько!
— Я взяла у него всего пятнадцать серебряных долларов.
— Молодой господин Фэн, слышали? — холодно усмехнулась вторая наложница. — Моя дочь говорит, что взяла только пятнадцать. Даже если решили задрать цену, не слишком ли сильно?
— Ха. — Фэн Шэн схватил Гуань Шули и пнул её. — Эта дрянь меня обманула и водила за нос. Если я не возьму с неё проценты, как смогу смотреть на себя в зеркало?
— Тридцать. Ни монетой больше, — с мрачным лицом отрезала вторая наложница, не желая уступать.
В ответ Фэн Шэн отвесил Гуань Шули две пощёчины подряд.
— А-а!
— Фэн Шэн! — разозлилась вторая наложница. — Продолжишь так — позову людей!
— Зови! Долги положено возвращать. Посмотрю, кто осмелится сунуться в мои дела!
Ни угрозы, ни уговоры на него не действовали.
Вторая наложница уже всерьёз начала беспокоиться.
Во время перепалки она вдруг заметила возвращавшуюся с улицы Гуань Шуцин.
Глаза сразу загорелись.
— Шуцин! Иди сюда!
Услышав шум впереди, Жун Шан подняла голову и увидела целую толпу.
Она уже собиралась подойти, но Шэнь Чанлин удержал её.
— Не ходи.
Ни эти мать с дочерью, ни Фэн Шэн не были хорошими людьми. Шэнь Чанлин боялся, что она пострадает.
— Лучше пойдём прогуляемся, — предложил он.
Жун Шан послушно кивнула.
Но Фэн Шэн как раз обернулся, увидел её и тут же велел людям преградить им дорогу.
В усадьбе Гуань он вёл себя настолько нагло, будто находился у себя дома.
— Фэн Шэн, ты не боишься, что отец вернётся и потребует с тебя ответа?
— Твой отец? — Фэн Шэн рассмеялся. — Ты про Гуань И? Да этот старик, увидев моего отца, сам будет кланяться ему и улыбаться.
Семья Фэн имела связи среди чиновников. Именно поэтому на юге города они могли вести себя как хотели.
Вторая наложница прекрасно знала, что ей с ними не тягаться.
Но Жун Шан, очевидно, думала иначе.
— Раз так, делай что хочешь. Я тебе не мешаю. — Она развела руками, показывая, что вмешиваться не собирается.
Вторая наложница возмутилась:
— Гуань Шуцин! Ты тоже из семьи Гуань. Как можешь помогать чужаку?
Жун Шан улыбнулась:
— Да, я из семьи Гуань. Только моя мать давно умерла, отец сейчас в отъезде по делам, а остальные… какое отношение имеют ко мне?
Она развернулась, но Фэн Шэн всё равно не позволил ей уйти.
— Старшая госпожа Гуань, твои дела — твои, их дела — их.
— Я оставил тебя только потому, что хочу вспомнить старое.
— Вспомнить старое? — Жун Шан обернулась и щёлкнула пальцем.
Небольшой камешек сорвался с её руки.
Тук!
Прямо в лицо Фэн Шэну.
Он застыл.
А когда опомнился, услышал её ленивый голос:
— Вот так ты хотел вспомнить старое?
— Ах ты дрянь! — Фэн Шэн в ярости сплюнул и закатал рукава. — Схватить эту женщину!