Если вспомнить вчерашний вечер, почти каждое действие Шэн Чжанди было странным.
Если он действительно мутировал, многое сразу становилось понятнее.
Но…
Жун Шан нахмурилась.
Цзян Вэньхао посмотрел на неё и решил, что она просто переживает.
— Госпожа Шэн, не расстраивайтесь так.
— Возможно, мы всё-таки ошибаемся.
Хотелось бы.
Они дошли до небольшой закусочной.
Цзян Вэньхао вошёл покупать еду, а Жун Шан осталась у входа.
В кармане зазвонил телефон.
Она достала его.
Сообщение от Шэн Линьфэна.
Жун Шан уже написала ему о подозрении, что Шэн Чжанди мутировал.
Теперь он спрашивал:
[Есть конкретный подозреваемый?]
[Ноль Пять или Ноль Шесть?]
Взгляд Жун Шан изменился.
Пальцы быстро побежали по клавиатуре.
[Ни один.]
[Больше всего я сейчас подозреваю старшую госпожу семьи Фэн.]
[Кого?] — ответ пришёл мгновенно.
Очевидно, Шэн Линьфэн ещё не знал о Фэн Линсюэ.
— Госпожа Шэн, что вам взять?
Жун Шан только собиралась написать имя, когда из заведения вышел Цзян Вэньхао.
Она нахмурилась и машинально погасила экран.
Цзян Вэньхао мельком посмотрел на телефон в её руке и заметил это движение.
Но ничего не спросил.
Лишь повторил:
— Что будете есть?
— Мне всё равно.
— Тогда…
— Выбери сам.
Сказав это, Жун Шан снова опустила голову к телефону.
Цзян Вэньхао понял, что у неё срочное дело, и больше не отвлекал.
Развернулся и вернулся внутрь.
Только тогда Жун Шан снова открыла переписку и отправила четыре иероглифа:
[Фэн Линсюэ.]
***
Вечером люди Фэн Цзюэ привезли Фэн Линсюэ в поместье.
Сначала она не знала, зачем её позвали, и беззаботно качалась на качелях в саду.
Потом вошла в кабинет, увидела мрачное лицо брата и положила цветок, который только что сорвала.
Только тогда стала серьёзнее.
Но когда Фэн Цзюэ сказал, что Шэн Чжанди мог мутировать из-за её укуса, Фэн Линсюэ всё равно рассмеялась.
— А разве это плохо?
— Человек семьи Шэн стал одним из волчьего народа. Представляю, как Шэн Линьфэн и Шэн Чжанань взбесятся.
— Хорошо? — Фэн Цзюэ тоже улыбнулся, но от этой улыбки стало холодно. — Ты называешь это хорошо?
Он стиснул зубы.
В глазах проступила кровожадность.
Фэн Цзюэ поднял руку и тяжело ткнул сестру пальцем в лоб.
— Фэн Линсюэ, ты понимаешь, какую беду устроила? И ещё смеёшься?
Он повысил голос, и Фэн Линсюэ невольно вздрогнула.
Но всё равно не понимала, зачем так злиться.
— Брат, только потому, что я тогда его укусила, я теперь главный подозреваемый?
Странно.
Неужели кусаться способны только представители волчьего народа?
Фэн Линсюэ начала оправдываться:
— А Ноль Пять и Ноль Шесть?
— Шэн Линьфэн знает, что они оборотни.
— Они тоже кусали Шэн Чжанди. Все подумают на них, не на меня.
— А люди, которых ты загрызла в школе? — Фэн Цзюэ прищурился. Взгляд стал опасным.
Он медленно шагнул вперёд.
Фэн Линсюэ встретилась с его острым взглядом и испуганно отступила.
— Брат, я не понимаю, о чём ты.
— Значит, всё-таки помнишь, что я твой брат.
Фэн Цзюэ холодно усмехнулся.
— Ты столько всего делала за моей спиной. Хоть раз подумала: если правда всплывёт, я погибну вместе с тобой?
Она считает семью Шэн идиотами?
Думает, Шэн Чжанди не умеет говорить?
Она раскрыла перед ним свою настоящую сущность — и всё ещё уверена, что её никто не заподозрит?