— Мне самому это кажется странным.
Нань Цяошэн нахмурился, полез в карман и достал Кровавую духовную жемчужину.
Жун Шан насмешливо приподняла бровь.
— Семейная реликвия важна, конечно, но носить её даже на прогулку обязательно?
Она продолжила идти, однако ответа не услышала и остановилась.
— Что случилось? Говори прямо.
По его выражению лица она уже догадывалась: дело связано с жемчужиной.
— Ты знаешь, что эта штука умеет показывать изображения?
Для него самого это звучало нелепо. В этом мире Нань Цяошэн ничего не помнил ни о жемчужине, ни о прежних мирах.
Он объяснил: той ночью вообще не собирался приезжать во двор Счастья. Но в жемчужине неожиданно появились образы её дома и запертого в ящике дневника.
Поэтому он приехал проверить.
Дневник действительно оказался там. В нём было написано, что Бай Сяоюй получает угрозы.
И когда позже Нань Цяошэн услышал Ю Хуа в тайной комнате поместья, он уже знал, кто угрожал Жун Шан.
Вот почему убил её.
Он сжал жемчужину в пальцах.
— Откуда она вообще взялась? Ты знала, что она может показывать такие вещи? И она правда реликвия семьи Нань?
Жун Шан посмотрела на него.
— Слишком много вопросов.
Нань Цяошэн вдруг схватил её за плечи.
— Ты говорила, что мы знакомы и уже встречались. Ты ведь говорила не об этом мире?
Всё становилось слишком странным. Сны о ней. То, что он заранее знал, где она живёт. Его внезапный побег от навязанного брака только ради встречи с ней. Его собственная личность, её способности и эта жемчужина.
Он крепко обнял её.
— Я ведь не сплю? Мы правда вместе?
Жун Шан погладила его по голове.
— Цяошэн, а если всё это сон… ты хочешь проснуться?