Но ради того, чтобы убрать Юнь Си из дома, Лань Мэйфэнь была готова на всё.
Несколько дней она без остановки внушала Юнь Хао одну и ту же мысль.
В конце концов он согласился.
И даже поручил ей самой заняться поиском жениха.
Вот тут началось.
Каждый день Лань Мэйфэнь придумывала новое свидание вслепую.
Ей было всё равно, хороший мужчина или плохой, богатый или бедный, здоровый или больной.
Главное — мужчина.
Однажды она вообще познакомила Жун Шан с человеком, у которого половина тела была парализована.
Сначала Жун Шан воспринимала всё это как развлечение.
Но свиданий становилось всё больше, и терпение заканчивалось.
Стоило хотя бы раз отказаться, как Лань Мэйфэнь тут же бежала жаловаться Юнь Хао: мол, Юнь Си не слушается и категорически не хочет знакомиться.
А затем Жун Шан видела презрение на лице Юнь Хао.
Будто она всегда была именно такой — непослушной и неблагодарной.
Ха.
Ей было плевать.
Если бы не месть за первоначальную Юнь Си, она давно перестала бы смотреть на их лица.
Прошла неделя.
Наступил день рождения Юнь Хао.
С самого утра весь дом был занят подготовкой вечернего приёма.
Обычно Юнь Хао не придавал собственному дню рождения особого значения.
Он считал, что главное — чтобы рядом были жена и дети.
После смерти матери Юнь Си он три года вообще не отмечал день рождения.
Но в этот раз неожиданно отнёсся к событию очень серьёзно.
Жун Шан расспросила управляющего и узнала: вроде бы должны приехать очень важные гости.
Вот оно что.
Больше она не интересовалась и поднялась наверх.
Возле своей комнаты вдруг услышала чей-то телефонный разговор.
Лань Мэйфэнь.
Та стояла на балконе.
Жун Шан некоторое время слушала из-за угла и наконец поняла: она разговаривает с Лань Кэинь.
Ха.
Жун Шан с самого начала знала, что Лань Мэйфэнь обязательно найдёт дочь.
Иначе откуда у неё столько свободного времени продолжать возню в доме Юнь?
— Сегодня день рождения твоего папы, — говорила Лань Мэйфэнь. — Я слышала, приедут люди из семьи Гун.
— Кэинь, может, прямо сейчас бери билет и возвращайся?
— Такая возможность раз в жизни. Нельзя упускать.
Семья Гун.
В памяти Юнь Си ничего о ней не было.
Потому что воспоминания первоначальной владелицы тела в городе H заканчивались на дне после свадьбы Лань Кэинь.
Дальше была только Швейцария.
Жун Шан не знала, насколько влиятельна эта семья.
Но судя по реакции окружающих, одно её имя заставляло людей мечтать о знакомстве.
Лань Кэинь тоже заинтересовалась.
Однако после стольких дней отсутствия её сильнее волновало другое: искал ли её Чжан Цзэ.
Лань Мэйфэнь ответила, что первые два дня искал.
А потом полностью ушёл в работу.
Теперь каждый день напивался и возвращался только в час-два ночи.
Лань Кэинь мгновенно взбесилась.
Проклятый Чжан Цзэ.
Он вообще человек?
На второй день после свадьбы исчезла жена — а ему уже всё равно?
Пьёт, пьёт, пьёт.
Да пусть захлебнётся.
— Мам, я прямо сейчас покупаю билет обратно.
— Хорошо, хорошо.
Лань Мэйфэнь слышала злость дочери, но почему-то совсем не переживала.
Чжан Цзэ и без того никогда ей особенно не нравился.
Пусть разведутся — даже лучше.
Если её дочь приглянется кому-то из семьи Гун и потом войдёт в эту семью…
А она станет тёщей такого человека…
От одной мысли Лань Мэйфэнь расплывалась в улыбке.
Жун Шан наблюдала за ней с нескольких метров и чувствовала только недоумение.
Она насмешливо приподняла уголок губ.
Развернулась и ушла.
Будто её здесь никогда не было.
Лань Мэйфэнь, конечно, даже не подозревала, что разговор услышали.
Продолжала радостно строить несбыточные мечты.