Поскольку у Жун Шан остались фотографии, брат и сестра Чэнь все выходные боялись, что она покажет их директору и раскроет настоящие отношения.
В понедельник утром Жун Шан только вошла в седьмой класс, когда система предупредила:
[Носительница системы, Чэнь Юйжоу идёт.]
— Угу.
Жун Шан помассировала переносицу, сохраняя спокойное лицо.
Через несколько мгновений Чэнь Юйжоу действительно появилась в дверях.
Увидев Ань Нин, она заметно оживилась и ускорила шаг.
— Ниннин.
Чэнь Юйжоу подошла и, словно ничего не произошло, ласково назвала её привычным прозвищем.
Жун Шан подняла глаза и изобразила вежливую улыбку.
Увидев холодный ответ, девушка прикусила губу и виновато спросила:
— Ниннин, ты всё ещё сердишься?
Жун Шан молчала.
— Прости. Я понимаю, что причинила тебе боль. Можешь простить меня в этот раз?
Ответа снова не последовало.
— Ну пожалуйста, Ниннин. Только один раз.
Когда Чэнь Юйжоу притворялась, она говорила особенно мягко. В сочетании с чистой миловидной внешностью её ласковое нытьё обычно действовало на людей.
Но Жун Шан смотрела только на руку, сжимавшую её локоть.
По телу снова пробежало неприятное ощущение. Не переставая улыбаться, она аккуратно высвободилась.
— Прости, мне больше нравится, когда ты говоришь нормально. Сейчас я почти ничего не понимаю.
Одной рукой Жун Шан подпирала подбородок, другой лениво поправляла волосы.
Лицо Чэнь Юйжоу на мгновение изменилось, но она быстро перешла к делу:
— Ниннин, можешь отдать мне негативы тех фотографий?
Она действительно отчаянно хотела их вернуть.
Если снимки разойдутся, последствия окажутся ужасными. Они не только потеряют репутацию и будут исключены из школы — приёмные родители могут обвинить её в том, что она погубила будущее Чэнь Мо, и выгнать из дома.
От страха Чэнь Юйжоу задрожала.
— Пожалуйста, отдай их. Я тебя прошу.
А про себя подумала: проклятая Ань Нин, какая же ты бессердечная. Вот сделаю твои голые фотографии — тогда посмотрим, как ты будешь изображать высокомерие.
Едва этот план возник у неё в голове, выражение Жун Шан изменилось.
Она всё ещё улыбалась, но улыбка стала пугающей.
Чэнь Юйжоу вздрогнула и протёрла глаза. В следующую секунду перед ней снова сидела прежняя глуповатая Ань Нин.
— Хорошо. Мне эти фотографии всё равно ни к чему, — невинно улыбнулась Жун Шан.
Чэнь Юйжоу облегчённо выдохнула.
— А негативы?
Как только они окажутся у неё, план можно будет запускать.
Жун Шан помассировала лоб.
— Дома. Я их не принесла.
— Ничего. В следующий раз отдашь.
Тем временем в класс приходило всё больше учеников. Чэнь Юйжоу продолжала строить планы, но вслух больше ничего не сказала.