Казалось, Чэн Сыян хотел изуродовать ей лицо.
Ло Ци с визгом отшатнулась.
Нож со звоном упал на пол.
В палате находились только они двое. Придя в себя, Ло Ци сорвалась:
— Ты совсем спятил?! Я по доброй воле пришла тебя проведать, а ты так со мной обращаешься!
— Не нравится — проваливай, — холодно бросил Чэн Сыян. В его глазах не осталось света. — Мне не нужна ваша притворная забота.
Все они пришли лишь затем, чтобы посмотреть, как низко он пал.
Чэн Сыян откинул голову на подушку и посмотрел на ногу, в которой больше ничего не чувствовал. Внутри царило полное отчаяние.
Ло Ци кипела от злости. Она отменила дела и специально приехала, а он встретил её с таким отношением.
Скрестив руки на груди, она высокомерно посмотрела на него:
— Сыян, ты и так теперь в таком состоянии. Может, хотя бы характер немного умеришь?
Раньше Ло Ци казалось, что ради любви она готова терпеть любые его недостатки.
Но сейчас мужчина, который будто желал смерти всему миру, вызывал только отвращение.
— Ха.
Чэн Сыян холодно усмехнулся и снова поднял на неё глаза.
От этого страшного взгляда Ло Ци невольно крепче прижала к себе сумочку и попятилась.
— Я… я всего лишь сказала правду.
Он уже инвалид. Если и характер не изменит, кто вообще захочет быть рядом с ним?
Чэн Сыян не понимал, какое страшное преступление совершил, чтобы даже после таких травм выслушивать подобное от этих ничтожеств.
Пальцы стиснули телефон.
Под настороженным взглядом Ло Ци он размахнулся и швырнул аппарат в неё.
Телефон ударил по руке, отлетел на пол, и экран покрылся трещинами. На коже Ло Ци тут же проступил синяк.
Боль заставила её нахмуриться. Любовь к этому мужчине, казалось, исчезла бесследно.
Лицо Ло Ци исказилось. Она схватила принесённый букет и бросила цветы в Чэн Сыяна.
— Чэн Сыян, то, во что ты превратился, просто отвратительно!
— Вон! — рявкнул он.
Ло Ци фыркнула, развернулась и вышла из палаты, громко стуча красивыми каблуками.
Похоже, каждый шаг она нарочно делала тяжелее, чтобы сильнее его задеть.
Получилось.
Как только Ло Ци ушла, Чэн Сыян принялся крушить всё, до чего мог дотянуться.
— А-а-а!
Но даже этого оказалось мало. Он вцепился в волосы и закричал.
Госпожа Чэн как раз вернулась с кашей. Услышав яростный вопль из палаты, она побледнела и бросилась внутрь.
— Что случилось? Что такое?
Кроме сына, в комнате никого не было. Госпожа Чэн огляделась.
— А где госпожа Ло?
— Ещё раз назовёшь её — можешь больше не приходить, — внезапно огрызнулся Чэн Сыян.
Он с трудом сдвинулся и тяжело лёг на кровать.
Госпожа Чэн знала, насколько ему плохо, и боялась говорить то, что могло его расстроить.
Сдерживая слёзы, она подошла к столику и поставила белую рисовую кашу с закусками.
— Сыян, ты, наверное, голоден. Давай поешь немного.
Произнеся это, госпожа Чэн отвернулась и незаметно вытерла слёзы.
Но в следующую секунду сын вдруг сказал:
— Мама, найди Тун Илинь и приведи её ко мне.
Лицо госпожи Чэн мгновенно изменилось.