Гу Байли приподнял бровь.
— Тренер, ты сорвал с меня одеяло только ради вопроса о времени?
А он уже решил, что у тренера появились какие-то намерения.
Жун Шан услышала эти мысли и едва не схватилась за голову.
Она нажала рукой на его обнажённое плечо и наклонилась. В глазах появился опасный свет.
— Гу Байли, ты ещё не проснулся?
— Подъём в шесть, сбор в семь. Забыл?!
Гу Байли замер.
Сбор.
Кажется, такое действительно говорили.
Повисла неловкая тишина.
Но он не забыл о внешности. Поправил волосы и невинно спросил:
— Тренер, а сейчас сколько времени?
Увидев, как он прихорашивается в момент её гнева, Жун Шан решила отомстить.
Гу Байли ждал ответа, но рука на плече внезапно поднялась и превратила аккуратную причёску в гнездо.
— Эй! Что ты делаешь?!
— Вставай. За час опоздания ещё ответишь.
Довольная Жун Шан отвернулась.
Но вместо звука одежды услышала удар кровати. Гу Байли снова лёг.
— Раз уже опоздал, наказания не боюсь.
— Ты серьёзно? — зловеще спросила она.
***
Через несколько минут Жун Шан стащила его с кровати вместе с одеялом.
Гу Байли не понимал, откуда в таком стройном теле столько силы.
— Даю десять минут. Если не появишься на площадке, весь день простоишь там в одном белье!
Система вмешалась:
[Ставлю пачку острых палочек: ты не позволишь другим женщинам смотреть на такое тело.]
«Исчезни».
Жун Шан строго ткнула Гу Байли в плечо.
— Быстрее!
***
После восьми она вернулась на площадку и замолчала.
Кроме Е Линя, все наказанные лежали в ряд.
— Всем подняться!
Ученики вздрогнули и изменились в лице.
К счастью, появился Гу Байли, ненадолго отвлекая гнев тренера.
Он пришёл в белом спортивном костюме. Золотой солнечный свет ложился на чёрные волосы, подчёркивая красивое лицо.
Цзян Сяосяо рядом уже смотрела с явным восхищением.
Но прозвучал суровый голос Жун Шан:
— Гу Байли, ты опоздал больше чем на час. Наказание — пятьсот отжиманий.