По его взгляду Жун Шан поняла, что угадала.
Цянье пощадил Шэн Цяньсина, чтобы тот заманил родителей обратно в Шэнчуань. После смерти семьи Цянье Шэн Фэн и Ли Фэнь забрали имущество сына и уехали жить в город S.
Они избежали закона, поэтому погибшим оставалось лишь самим взыскать долг.
— Ты хочешь, чтобы я отпустил остальных? — спросил Цянье.
— Да. Они невиновны. Режиссёр Фан оболгал тебя, но ты уже его наказал. Хозяин гостиницы Шэн наживался на вашем доме, однако после случившегося сюда больше никто не приедет. Твоя настоящая вражда — только с той семьёй.
Цянье долго смотрел на неё, поражаясь тому, как легко она читает его мысли.
— Когда они приедут, я отпущу остальных.
Чёрный кот прыгнул на подоконник. Цянье собирался уходить.
— Цянье, сыграешь для меня на пианино?
— Что ты хочешь услышать?
— Всё равно. Мне понравится всё, что сыграешь ты.
Его глаза заметно расширились от неожиданной нежности.
— Хорошо.
***
Ночью павильон окутал белый туман. Шэн Цянье сидел за роялем, и мелодия разливалась под звёздным небом. Жун Шан была его единственным слушателем.
Их отношения оставались странными — одновременно знакомыми и чужими. Возможно, потому, что один был человеком, а другой призраком.
Он обернулся и мягко улыбнулся. Совсем как в последнем сне, где обещал:
[Вэйян, жди моего возвращения.]
Жун Шан подумала: когда он отомстит и выпустит людей, те приведут даосов и расскажут всему миру о призраках Шэнчуаня.
Что тогда станет с ним?