— На улице дождь, — сказал он Жун Шан.
Неизвестно, кто проболтался, но полицейские уже выехали в больницу разбираться.
Если честно, Му Ишан и сам хотел узнать,
что именно произошло сегодня вечером.
Было видно, как сильно он за неё переживает.
— Ладно, сначала вытрись. Ты весь мокрый.
Боясь, что он простудится, Жун Шан быстро потянула его и усадила рядом.
— Ты лучше о себе позаботься.
— Со мной всё нормально. — Боясь намочить её, Му Ишан поспешно снял куртку и положил на соседний стул.
Вскоре он выслушал Жун Шан и понял всю последовательность событий.
Почти сразу после этого в палату пришли полицейские.
— Ишан, подожди снаружи.
Му Ишан явно не ожидал такой просьбы.
Он не хотел оставлять её.
— Я ничего не скажу. Просто посижу здесь с тобой.
— Не надо.
При нём ей было неудобно разбираться с тем, что последует дальше.
— Иди. На Цзиньшавань ещё столько гостей осталось. Лучше съезди и посмотри, всё ли там нормально.
Она продолжала его выпроваживать. Му Ишан нахмурился и был крайне недоволен.
Но жена важнее всего.
Раз она сказала — пришлось послушно сделать.
Выйдя из палаты, он увидел в коридоре журналистов, которые расспрашивали, где лежит Юй Шэн.
Лицо Му Ишана изменилось. Он тут же вернулся и плотно закрыл дверь.
Потом, опустив голову, прошёл мимо журналистов.
К счастью, его никто не узнал.
Вскоре он вышел из больницы, но далеко не ушёл.
Прямо у входа закурил и позвонил Чэн Сюэбиню, велев закончить все дела на Цзиньшавань.
Тот ничего особенного не сказал.
Но Му Ишану показалось странным.
Чем он там занимается?
Почему время от времени так тяжело дышит... и довольно часто?
— Чэн Сюэбинь?
— Всё, гости уже разошлись.
На этот раз Чэн Сюэбинь ответил явно раздражённо.
— Ты лучше за невесткой ухаживай. Здесь не беспокойся.
Ладно.
Му Ишан и не собирался выяснять, чем именно кузен сейчас занят.
Повесив трубку, он выкурил ещё несколько сигарет.
Потом посмотрел на время — прошло уже двадцать минут.
Му Ишан затушил окурок и вернулся в больницу.
Как раз в этот момент полицейские вышли из палаты.
Он заметил, что журналисты впереди вытягивают шеи в эту сторону.
Быстро вошёл и закрыл дверь.
— Ну как?
Он с тревогой посмотрел женщине в лицо.
Жун Шан выглядела совершенно расслабленной и даже пожала плечами.
— Я же говорила. Жертва здесь я.
Та, кто пыталась убить, лежит этажом ниже.
Убедившись, что с ней всё в порядке, Му Ишан наконец выдохнул.
— Хорошо.
***
На самом деле даже два полицейских, которые тем вечером пришли допрашивать Жун Шан, не понимали, что произошло.
Они лишь несколько секунд посмотрели ей в глаза.
А потом всё время говорили в её пользу.
Оба безоговорочно поверили её версии.
На следующий день Цзян Юэ очнулась, а полицейская машина уже ждала снаружи.
Кажется, она и сама понимала, чем всё закончится.
Сначала люди у двери слышали, как она без конца отрицает вину: якобы Юй Шэн первой ударила её ножом, а потом, боясь тюрьмы, сама ранила себя.
Но все говорили, что Цзян Юэ произносила это совершенно бессвязно и выглядела ненадёжным свидетелем.
Когда полицейский защёлкнул наручники на её руках, она вдруг громко рассмеялась.
Многие испугались.
— Она чего?
— Не знаю. Похоже, с ума сошла.
— Юй Шэн... Юй Шэн... — она раз за разом повторяла имя женщины.
То замирала, то снова смеялась.
— Хороша. Ну ты и хороша.
Встретив её, Цзян Юэ проиграла вчистую.