Когда Жун Шан вывела Чжан Тяньцы из дома, бабушка Лю стояла на балконе.
Во взгляде была печаль.
Глядя на худенькую спину внука, она словно снова видела прежние годы.
Днём мыла посуду и подавала блюда в ресторане, вечером забирала детей после школы.
Жили бедно, но были вместе.
А теперь жизнь и смерть разделили их так, что даже увидеть внука стало роскошью.
Перед тем как сесть в машину, Жун Шан вдруг почувствовала пристальный взгляд и обернулась.
И впервые увидела на лице бабушки Лю благодарную улыбку.
Старуха прекрасно понимала: виноваты супруги Ло, а не их дочь.
Жун Шан помогла ей — этот долг следовало помнить.
Чжан Тяньцы уже нетерпеливо высунулся из окна.
— Сестра, мы едем?
Он так долго не приходил к бабушке. Вдруг она обиделась?
Маленькая рука сильнее сжала ручку корзины с цветами. Лоза даже поцарапала ладонь, но мальчик этого не заметил.
Жун Шан кивнула.
— Едем.
После смерти бабушки Лю её прах поместили в родовом храме семьи Лю.
Жун Шан сама повела машину.
Они проехали через тихую деревню и добрались до старого храма.
Ночью под проливным дождём здесь не было ни души.
Старинное здание выглядело особенно мрачно.
Чжан Тяньцы вышел под зонтом и посмотрел на знакомое место.
Глаза сразу покраснели.
— Сестра, я сам зайду.
Он хотел поговорить с бабушкой наедине.
Но из-за дождя вещей было слишком много.
— Я помогу всё занести и подожду у двери.
— Хорошо.
Они вошли внутрь.
А в нескольких метрах от храма медленно остановился дорогой автомобиль.
Фары выхватили из темноты плотную стену дождя.
Чжан Пэншэн вышел под зонтом и выругался:
— Проклятая погода!
***
Жун Шан помогла мальчику зажечь благовония и отошла.
На выходе холодный ветер ударил в лицо.
В полумраке к храму приближалась человеческая фигура.
Кто ещё явился сюда в такую ночь?
Жун Шан прищурилась.
Разглядев человека, она изменилась в лице и быстро вернулась внутрь.
Подойдя к Чжан Тяньцы, сразу схватила за руку.
Мальчик выронил благовония.
— Сестра, я ещё даже не поговорил с бабушкой!
— Потом.
Объяснять было некогда.
Жун Шан увела его в маленькую ветхую комнату сбоку.
Вскоре вошёл Чжан Пэншэн.
У торговцев людьми он уже выяснил настоящее имя мальчика — Лю Цзюньбао.
Родители братьев погибли рано. Остались бабушка и младший брат.
Позже бабушка погибла в аварии, а двух детей продали в разные места.
Чжан Пэншэн рассудил просто: если ребёнок действительно вернулся на юг города, он обязательно придёт поклониться бабушке.