— Может, отдам трон Хуа Чжансюаню?
Пусть управляет Империей один.
Жун Шан не ожидала такого предложения.
Готов ли Хуа Чжангэ отказаться от власти ради брата?
Для него в этом был скрытый плюс: увезёт Жун Шан далеко, и Хуа Чжансюань больше её не увидит.
Прочитав эту мысль, она потеряла дар речи.
— Поговорим позже.
Жун Шан закрыла глаза.
Но затем Хуа Чжангэ действительно то посылал людей приглашать брата, то сам отправлялся во дворец Юэян выпить с ним вина.
Этим был ошеломлён даже Хуа Чжансюань.
Однажды, встретив Жун Шан по дороге во дворец Чангэ, он спросил:
— У тебя всё хорошо? Хуа Чжангэ… больше тебя не любит?
Иначе почему перестал охранять её от соперника и внезапно сблизился с братом?
Жун Шан пожала плечами, показывая, что сама не понимает.
***
Ночью она стояла в павильоне у пруда. Рядом вскоре появился Хуа Чжансюань.
— Вы ещё не вернулись?
— Нет. Я не понимаю, что он задумал.
Сегодня Хуа Чжангэ предложил объединить дворцы Юэян и Юэин.
Но как в одном дворце будут править два Владыки?
Жун Шан сразу вспомнила слова о передаче трона и мрачно задумалась.
У неё ещё даже не было ребёнка. Откуда Хуа Чжангэ знает, родится мальчик или девочка?
Путешествовать можно и позже. Зачем торопиться?
— Пока считайте, что у него очередной приступ безумия, — спокойно сказала она.
В пруду цвели лотосы.
Хуа Чжансюань замолчал, глядя на неё.
А если брат собирается не отдать власть, а поглотить его владения?
В голове появилась смелая мысль: если Хуа Чжангэ однажды попытается захватить его трон, на чьей стороне будет Юнь И?
— Если больше ничего нет, возвращайтесь отдыхать. Уже поздно.
Жун Шан слышала его мысли, но не собиралась отвечать.
Она выбрала самый рискованный путь и не знала, удастся ли завершить задание.
Но крутиться между двумя мужчинами и вступать в отношения с обоими она не могла.
Хуа Чжансюань не двигался.
Подождав, Жун Шан поклонилась.
— Простите, мне пора.
Если Хуа Чжангэ придёт во дворец Юньхэ и не найдёт её, снова начнёт ревновать.
— Юнь И, — позвал Хуа Чжансюань.
На этот раз она не остановилась и быстро ушла.
Он смотрел вслед с горькой улыбкой. Обещал больше не преследовать — почему всё равно не мог отвести взгляд?