Казалось, у женщины были всевидящие глаза. Всё, что Хуа Чжансюань пытался скрыть, она раскрывала за считаные минуты.
— Вы…
Он смотрел настороженно.
— Что? — Жун Шан усмехнулась. — Стоило изменить фамилию, и решил, что я поверю в твоё происхождение из государства Юнь? За трёхлетнюю меня принимаешь?
Хуа Чжансюань нахмурился и повернулся вслед за ней.
— Откуда вы знаете, что я не местный?
По одежде?
Он поджал губы. Значит, настоящую личность она, вероятно, всё ещё не раскрыла.
Хуа Чжансюань ждал ответа с непонятным беспокойством.
Жун Шан внезапно обернулась.
— Тебя подставили и ранили, верно?
Мужчина потерял дар речи.
— Как вы узнали?
— Догадалась. Твоя фамилия Хуа?
Теперь Хуа Чжансюань по-настоящему занервничал.
В Империи фамилия Хуа встречалась крайне редко. Он не понимал, насколько далеко зашла её догадка.
Сохраняя внешнее спокойствие, мужчина изобразил недоумение. Но Жун Шан уже подходила ближе.
В колеблющемся свете свечи её глаза сияли любопытством. Хуа Чжансюань впервые ощутил такое давление со стороны одного человека.
— Имя должно быть Хуа Чжан…
Она не успела произнести последний слог. Хуа Чжансюань быстро подошёл и закрыл ей рот ладонью.
— Не говорите.
Его сердце бешено стучало.
Он пристально посмотрел на её лицо.
— Вы богиня? Почему знаете всё, хотя я ничего не рассказал?
— Богиня?
Голос прозвучал приглушённо. От дыхания ладонь защекотало, и Хуа Чжансюань поспешно убрал руку.
Жун Шан с интересом наблюдала за его испугом.
— До богини мне далеко. Скорее, червь в твоём сердце.
Фраза прозвучала легко, но окончательно смутила мужчину.
Он отвёл глаза.
— Не знаю, как вы раскрыли меня, но прошу сохранить тайну.
Сейчас все считали Хуа Чжансюаня пропавшим. У него не было доказательств и императорской печати. Правитель государства Юнь не поверит одной фразе. Зато враги могут узнать о его местонахождении.
Жун Шан поняла опасения и перестала играть.
— Я никому не скажу. Но ты обязан вернуться в Империю вместе со мной.
Отпускать его одного было слишком рискованно.
Хуа Чжансюань замолчал.
Она точно знала его личность. Назвала фамилию и первые два слога имени — почти не оставила сомнений.
Но зачем так настойчиво хочет взять его с собой? Просто помогает или преследует собственную цель?
Он шагнул ближе.
— Тогда…
— Да?
Жун Шан уже знала вопрос, но позволила ему прозвучать.
— Юнь И, вы хотите выйти замуж за Хуа Чжангэ?
Если она не даст ему сейчас вернуться, то сама сможет стать женой только его брата.