— Правда? — спокойно спросила Жун Шан.
— Я серьёзно!
Нань Циюй решил, что она не верит, и снова начал заводиться.
— Знаю.
И что дальше?
Он замер, не понимая такой реакции.
В памяти мелькнула сцена, увиденная с балкона несколько дней назад.
Нань Циюй потянулся к сигаретам и зажигалке на столе, но Жун Шан прижала его руку.
Мужчина посмотрел на неё и что-то вспомнил, после чего убрал ладонь.
У прежней владелицы тела был хронический фарингит: от дыма она сильно кашляла.
Но откуда это знал Нань Циюй?
Возможно, они были знакомы в детстве.
Иначе почему ласковая личность так сильно к ней тянулась с первой встречи?
— В ту ночь человек в чёрной одежде и кепке был тобой?
Жун Шан не сразу поняла.
Нань Циюй наклонился, одной рукой опираясь о диван, а другой почти заключая её в объятия.
— Ты избила Чэн Сыяна и ту служанку?
Жун Шан посмотрела на него.
Неужели узнал?
Зрение у него было лучше, чем у пострадавших: они начали подозревать только спустя несколько дней.
— Не беспокойся. Я никому не скажу, — поспешно пообещал он.
Из трёх личностей только основная пока ненавидела её.
И тут Жун Шан вспомнила, что ласковая личность больше не появлялась.
Она задумалась.
Нань Циюй сразу помрачнел, схватил за подбородок и заставил поднять лицо.
— О ком думаешь?
Как можно во время разговора с ним вспоминать другого?
— Кто? — Он навис сверху. — Я только сказал, что Чэн Сыян тебя предаёт. Почему всё ещё думаешь о нём?
Жун Шан с насмешкой посмотрела.
Этот человек действительно вспыхивал мгновенно.
Она погладила его по волосам.
— Не придумывай.
— Ты меня обманываешь?
— В чём?
— Ты не веришь тому, что я сказал.
— Верю.
Жун Шан игриво моргнула.
— Посмотри в мои большие честные глаза. Разве я могу лгать?
Нань Циюй замолчал.
Такая шутка мгновенно лишила его гнева.
Он обнял её и пробормотал у уха:
— Глупости. Ни у кого глаза не красивее твоих.
Жун Шан слегка повернула голову и ничего не сказала.