— Мам.
…
— Мам?
Жун Шан окликнула её несколько раз, но женщина так и не услышала.
Она с таким вниманием смотрела в книгу, что Жун Шан стало любопытно.
Она протянула руку и забрала её.
Госпожа Ло вздрогнула и резко подняла голову.
Увидев дочь, сперва облегчённо выдохнула.
А потом будто что-то вспомнила и в панике вскочила.
— Синьде, когда ты вернулась?
Взгляд метался.
— Только что.
Жун Шан ответила и одновременно опустила глаза, пытаясь прочитать название книги.
Но госпожа Ло мгновенно выхватила её обратно.
Так быстро, что Жун Шан успела заметить лишь один иероглиф: «Мао».
Мао что?
Маошаньские даосы?
Маошаньские практики?
Похоже, мать действительно дошла до крайности.
Жун Шан одновременно хотелось смеяться и было её жаль.
Она шагнула ближе.
Госпожа Ло сразу напряглась всем телом.
— Синьде, ты ела? Если нет, я разогрею тебе ужин.
Очевидно, ей просто не терпелось спрятать книгу подальше.
Жун Шан увидела, что она собирается уйти, и положила ладонь ей на плечо.
— Мам, я поела в компании.
Она усадила мать обратно.
— Я хочу кое-что спросить.
— Ч-что именно?
С тех пор как госпожа Ло прошлой ночью возила мужа к гадалке, она постоянно была на взводе.
Жун Шан прекрасно понимала почему.
Та услышала что-то от гадалки — и теперь во всём видела дурные знаки.
— Мам, ты так и не рассказала, что вчера сказала та женщина.
Удар точно в больное место.
Госпожа Ло сразу нахмурилась.
— Ничего. Не спрашивай.
Она отвернулась, явно не желая продолжать.
Жун Шан несколько секунд смотрела на неё, потом улыбнулась.
— Мам, я же говорила: не верь гадалкам.
— Они этим зарабатывают. Если не наговорят чего-нибудь таинственного и страшного, как убедить клиентов, что у них особый дар?
Госпожа Ло терпеть не могла такие слова.
Она повернулась и сердито посмотрела на дочь.
— Ты лучше не лезь и не добавляй нам хлопот.
— Раз поела — иди наверх, прими душ.
Внутри у неё явно было полно тревог.
Жун Шан видела.
Но если мать не хочет говорить, насильно не вытащишь.
Она кивнула и потянулась.
— Ладно. Всё равно я тут ничего не решаю.
Хотите верить — верьте.
После этого Жун Шан поднялась наверх.
В огромной гостиной осталась одна госпожа Ло.
Она о чём-то долго думала.
И чем дольше сидела, тем сильнее холодело между лопатками.
Страшно.
Госпожа Ло вытянула шею и посмотрела наружу.
— Сяоюй, ты где?
…
— Сяоюй?
— Иду, иду, госпожа.
Снаружи поспешно вошла женщина.
Увидев её, госпожа Ло немного успокоилась.
— Госпожа, что случилось?
Та покачала головой, откинулась на спинку дивана и устало потёрла лоб.
— Ничего. Сегодня никуда не уходи. Останься здесь со мной.
— А?
Сяоюй растерялась.
Госпожа Ло нахмурилась.
— Что? Не хочешь?
— Нет-нет! Что вы, госпожа.
Она просто удивилась.
Неужели госпоже Ло страшно одной даже в гостиной?
Размышлять о хозяйских делах Сяоюй не стала.
Раз велено остаться — значит, останется.
Всю ночь она почти ни на шаг не отходила от госпожи Ло.