Янь Цзе едва держался на ногах. Он поднял голову и встретился с убийственным взглядом.
— Что я собираюсь сделать? — улыбнулся Нань Цяошэн без тени тепла. — Янь Цзе, если не ошибаюсь, твой брат тоже участвовал в смерти моих родителей.
Неужели он мог помнить только Чэн Сана и Второго господина и забыть Янь Ле?
Просто мелкая сошка могла подождать.
Жун Шан только теперь поняла: дело не в том, что Янь Ле его разозлил.
Янь Цзе побледнел.
Откуда он знает?
Он слишком хорошо помнил слухи об этом человеке — наполовину ангеле, наполовину демоне. За куда меньшие проступки люди уже едва сохраняли жизнь. А Янь Ле участвовал в убийстве его родителей.
Нань Цяошэн отпустил ворот.
— Выкопайте яму. Закопайте гроб на заднем дворе.
Зал замер.
Он собирался похоронить Янь Ле живьём.
— Нет! Молодой господин, прошу! — Янь Цзе почти обезумел. — Отпустите его. Я искуплю его вину вместо него!
Когда он узнал правду, то сам жестоко избил брата, но всё равно скрыл его участие. Думал, что всем известен лишь водитель Чэн Сан. Ошибся.
От Нань Цяошэна ничего не спрятать.
— Хэйху, вынесите гроб.
— Есть!
Янь Цзе рухнул на колени и обхватил его ногу.
— Пожалуйста! Не надо!
— Отвали.
Нань Цяошэн оттолкнул его.
— Чего стоите? Копайте и хороните.
Принесли гроб на Новый год — вот пусть сами узнают, каково лежать внутри.
Четверо подняли его. Янь Цзе разрыдался.
Но глаза Нань Цяошэна оставались холодными.
Для демона предательство означало только смерть.
Он повернулся к лестнице:
— Управляющий, остальных сдайте полиции.
Даже его люди побаивались такого Нань Цяошэна.
Жун Шан почувствовала мысли окружающих, нахмурилась и спустилась.
Нань Цяошэн сразу остановил её.
— Не подходи. Грязно.
— И не собираюсь.
Она обняла его за шею и тихо сказала на ухо:
— Но пообещай мне отпустить Янь Ле.
Какой бы ни была его настоящая природа, ему ещё предстояло жить в этом мире. Слишком рано показывать всё было опасно.