Он хотел отвернуться, но услышал её насмешливый ответ:
— Наверное, потому что я слишком люблю красивых мужчин.
Хуа Чжансюань нахмурился.
— Принцесса?
Это шутка?
— Не веришь?
Слава Юнь И распространялась в основном внутри государства Юнь. Не знавший её человек действительно мог удивиться: кто ожидал подобного от принцессы?
Хуа Чжансюань смотрел с сомнением. Жун Шан неожиданно поднялась.
Её тень упала на его лицо. Лёгкий аромат приблизился, а пальцы приподняли красивый подбородок.
Мужчина задержал дыхание.
— Знаешь, какое прозвище мне дали?
Прекрасное лицо Жун Шан отражалось в его чёрных глазах и медленно приближалось.
Хуа Чжансюань занервничал, отступил и упёрся ладонями в деревянное ложе.
— П-принцесса…
— Похитительница цветов, — улыбнулась она. — Как тебе?
Он не верил словам, но девушка выдыхала ему в ухо и выглядела настолько бесстыдно, что история начинала казаться правдой.
В сердце появилось странное чувство.
— Вы оставили меня из-за лица?
Красные свечи освещали павильон Юньян. Жун Шан немного отстранилась и увидела, как он побледнел.
— А ты как думаешь?
Её рука скользнула с подбородка на крепкую грудь.
— Если я похитительница цветов, что сделаю с таким лицом?
Хуа Чжансюань застыл.
Он совершенно не ожидал, что принцесса, на которой должен жениться один из братьев, окажется волком в овечьей шкуре.
«Если бы не ради…»
Дальше мысль оборвалась. Жун Шан услышала лишь половину и ничего не показала, продолжая пугать его флиртом.
Незаметно мужчина оказался опрокинут на ложе.
Хуа Чжансюань по-настоящему запаниковал и попытался подняться.
— Принцесса, мы…
— Принцесса, вас зовёт императорская наложница, — раздался голос стражника за ширмой.
Хуа Чжансюань облегчённо выдохнул.
Жун Шан спокойно ответила:
— Сейчас приду.
Когда стражник ушёл, она посмотрела на настороженного мужчину. Первая встреча — лучше не напугать до бегства.
Жун Шан отступила.
— Пока я рядом, можешь спокойно здесь жить.
Именно из-за неё Хуа Чжансюань чувствовал наибольшую угрозу.
Она не стала обращать внимания на его мысли.
— У меня дела. Продолжай играть.
Подол длинного платья качнулся, и аромат постепенно исчез.
Оставшись один, Хуа Чжансюань поправил ворот и облегчённо вздохнул.