— Принёс твой телефон.
Заметив её удивление, Нань Цяошэн достал аппарат из кармана и протянул.
Жун Шан опустила взгляд.
Вот оно что. Она оставила телефон в клубе.
— Спасибо.
Забирая его, Жун Шан отступила в сторону и нарочно громко сказала матери:
— Мам, это хозяин клуба, где я подрабатываю по выходным. Он принёс мой телефон.
Обычно она не считала нужным ничего объяснять.
Но мужчина стоял за дверью, и Жун Шан всё же произнесла эти слова.
Мать Бай выглянула и радушно заговорила:
— Большое спасибо. Уже поздно, а вам пришлось самому сюда идти.
Затем сердито посмотрела на дочь.
— Что за ребёнок. Почему не приглашаешь гостя войти?
И правда: дверь давно открыта, а мужчина всё ещё стоял в проходе.
В глазах Жун Шан мелькнула улыбка.
— Хозяин, зайди выпить чаю.
— У меня ещё…
— Скорее, а то мама меня отругает.
Понимая, что он собирается отказаться, Жун Шан не дала договорить, схватила за руку и потянула внутрь.
Под тёплым белым светом Нань Цяошэн шёл следом с лёгким бессилием на лице.
Раз уж вошёл, он подошёл и поздоровался с матерью Бай.
Красивый молодой человек сразу ей понравился.
Но когда Нань Цяошэн выпрямился и прошёл мимо, собираясь сесть, в её памяти будто мелькнула какая-то картина.
Мать Бай вздрогнула и уставилась на него.
Нань Цяошэн только опустился на деревянный стул, когда почувствовал на себе пристальный взгляд. Он нахмурился, явно ощущая неловкость.
Жун Шан тоже это заметила и тут же вмешалась:
— Мам, почему ты так на него смотришь?
Нет…
Почему этот человек кажется знакомым?
Мать Бай почесала голову, пытаясь вспомнить, где могла его видеть.
— Мам, лучше завари гостю чай.
Жун Шан стоило одного взгляда, чтобы понять её мысли.
Она продолжала отвлекать, и вскоре мать Бай перевела внимание на дочь.
Вспомнив, что та только что достала сто юаней, женщина строго спросила:
— Ты что-то от меня скрываешь?
— Скрываю? — Жун Шан машинально посмотрела на Нань Цяошэна и заметила, как его руки на коленях сжались. — Ничего подобного.
— Не обманывай. Откуда у тебя столько денег?
Сто юаней сами по себе не были огромной суммой.
Но для бедной семьи хозяйки тела — совсем другое дело. Без особой причины мать Бай никогда не давала дочери таких денег.
Раньше Бай Сяоюй нигде не подрабатывала. Неудивительно, что внезапная купюра вызвала подозрения.
Ладно. Жун Шан сдалась.
Она села рядом с Нань Цяошэном и призналась:
— Взяла аванс у хозяина.
— Аванс?
Оба удивились.
Нань Цяошэн — потому что знал: Бай Сяоюй лжёт. Он не выдавал ей никаких денег.
Мать Бай — потому что всё выглядело странно.
— Ты работаешь всего несколько дней.
— И за два дня уже получила аванс?
— Хозяин сидит здесь. Не веришь — спроси у него. — Жун Шан передала слово Нань Цяошэну.
Тот нахмурился.
— Хозяин, моя дочь говорит правду?
Зачем ей понадобился аванс?
Ложь?
Нань Цяошэн колебался.
И тут его ногу под столом пнули.