— Кто звонил?
Хуа Наньюэ осторожно положил ребёнка и снова лёг рядом с ней.
Избегая её ещё не до конца зажившего места после родов, мягко обнял.
— Неизвестный номер, — ответила Жун Шан.
Он кивнул, приблизился и поцеловал её в щёку.
— Циянь, вечером твоя младшая сестра подходила ко мне поговорить.
— Мм?
Жун Шан сразу повернула голову.
— Просила помочь ей вернуться в индустрию развлечений.
— И что ты сказал?
— Что послушаю тебя.
— …
А-а.
Теперь понятно.
Вот почему Хо Бинъянь внезапно решила звонить ночью.
— Тогда не обращай внимания, — сказала Жун Шан. — Между нами больше ничего нет. Не нужно учитывать меня.
Пусть решает так, как считает правильным.
— Хорошо.
После этого Хуа Наньюэ быстро потерял интерес к разговору.
Он снова обнял её, начал целовать и поглаживать.
Жун Шан вовремя напомнила:
— Врач сказал, что сексом мне пока нельзя заниматься.
— …
Взгляд мужчины застыл.
Рука на её талии остановилась.
Он послушно согласился.
— Уже поздно. Спи.
Во второй половине ночи ребёнок снова проснётся — тогда уже не выспаться.
*
Очень быстро прошло ещё полмесяца.
Послеродовый восстановительный месяц Жун Шан закончился, и ей наконец разрешили нормально выходить из дома.
В этот день Хуа Сичэнь предложил сходить на новый фильм.
Когда они добрались до большого торгового центра, Хуа Сичэню срочно понадобилось в туалет.
Именно в этот момент появилась Хо Бинъянь.
Жун Шан понятия не имела, неужели та всю ночь караулила у ворот виллы Хуа, ожидая, когда она выйдет.
Иначе как умудрилась найти её здесь?
Жун Шан бросила на неё один взгляд и отвернулась.
Так, словно увидела совершенно незнакомого человека.
Хо Бинъянь понимала, что это нарочно.
Нахмурилась и специально встала прямо перед ней.
— Сестра.
Впервые Жун Шан услышала, чтобы та произносила это слово настолько сладко.
— Какая ещё сестра?
Жун Шан улыбнулась и перевела взгляд в сторону.
— Девушка, вы ошиблись. У меня нет ни братьев, ни сестёр.
Улыбка Хо Бинъянь застыла от неловкости.
Она втянула носом воздух, в глазах заблестели слёзы.
— Сестра, не надо так, хорошо?
— Я… я знаю, что раньше мы были неправы. Не должны были так с тобой обращаться.
— Папа и мама очень по тебе скучают. Последнее время постоянно говорят о тебе.
— Я…
— Хватит.
Жун Шан с улыбкой остановила её.
— Не изображай спектакль передо мной.
— Какая ты на самом деле, я знаю не первый день.
— …
Сказав это, она увидела впереди возвращающегося мужчину.
Уголки губ поднялись, и Жун Шан сразу пошла к нему.
Хо Бинъянь была в отчаянии.
Если сегодня отпустить её, неизвестно, когда появится следующая возможность встретиться.
Она прикусила губу и поспешила следом.
Но навстречу кто-то толкал магазинную тележку.
Бум!
Хо Бинъянь не успела отойти, и тележка врезалась прямо в неё.
От боли она согнулась.
— Простите, простите!
Человек, толкавший тележку, выглядел искренне виноватым.
Жун Шан услышала шум и обернулась.
Уголок губ поднялся в насмешке.
И она ушла.
Подойдя к Хуа Сичэню, почувствовала, как он сразу взял её за руку и поддержал за талию.
— Что случилось?
Он посмотрел вперёд.
Жун Шан улыбнулась и покачала головой.
— Ничего. Пойдём быстрее.
Фильм вместе с рекламой и выходом занял около двух часов.
Когда они снова вышли из кинотеатра, на улице уже стемнело.
Хуа Сичэнь спросил, не голодна ли она, и предложил сходить в новый французский ресторан неподалёку.
Жун Шан не особенно хотелось.
Но вдруг…