Увидев свет в квартире, Тан Синь позвонила спросить, не вернулся ли Жун Сюнь.
О том, что она влюблена в него, знала почти вся школа.
Девушка постоянно крутилась рядом и старалась привлечь внимание, но так и не добилась взаимности.
Теперь Жун Сюнь даже передал телефон Сунь Юаню.
Тан Синь, похоже, была пьяна и не заметила подмены голоса. Она долго задавала вопросы, прежде чем спустя десять с лишним минут завершить разговор.
Сунь Юань посмотрел на друга.
— А-Сюнь, в твою квартиру не забрался вор? Тан Синь говорит, там постоянно горит свет.
Он сам покрылся мурашками.
— Ты уже давно переехал в общежитие.
— Точно. Вдруг действительно вор?
Поняв серьёзность, Сунь Юань положил телефон и подошёл к Жун Сюню. Тот уже высушил волосы и сидел перед компьютером.
— Может, вместе проверим?
Он болтал рядом, даже не глядя, чем занят друг.
Раздражённый Жун Сюнь постучал мышью по его голове.
— Это моя квартира. Я не могу позволить кому-то там жить?
— Кому-то? Кому именно? Твоей девушке?
— Значит, это не вор?
— Сунь Юань!
В голосе прозвучала сдерживаемая ярость.
Жун Сюнь холодно посмотрел на него.
— Продолжишь сплетничать — вылетишь отсюда.
Друг сразу притих и показал жест согласия.
— Хорошо. Молчу.
Было почти одиннадцать. В комнате работал кондиционер и горел белый свет.
Когда Сунь Юань вернулся к остальным, те несколько раз рассмеялись над его поражением.
Жун Сюнь снова посмотрел на экран и нашёл аккаунт Чи Юэ в окне переписки.
Жизнь действительно странна. Ещё вчера он отказался встречаться и удалил её, а сегодня случайно увидел, настойчиво задержал и впервые позволил девушке поселиться в своей квартире.
Жун Сюнь беспомощно вздохнул.
Ладно. Завтра можно попросить её номер. Добавлять сейчас — значит самому признать поражение.
***
Глубокой ночью он выключил компьютер и лёг.
Обычно засыпал за десять минут, но сегодня сердце продолжало стучать, раздражая его.
Стоило закрыть глаза, как в памяти возникли разговоры и обед с Жун Шан.
Затем мысли перешли к роману.
Десять дней. У неё всего десять дней.
Она настаивала, чтобы он продолжил публикацию, но решение было трудным.
Духовная жемчужина всегда занимала особое место в его жизни.
Никто бы не поверил: с его состоянием и семейным происхождением ему совершенно не требовалось мучительно писать в интернете романы на сотни тысяч и миллионы знаков.