Вот оно.
Именно из этого окна выпрыгнула хозяйка тела.
Неизвестно, влияли ли на неё сохранившиеся чувства прежней Бай Сюань, но стоило Жун Шан посмотреть туда, как на сердце становилось тяжело.
Поставив лекарство, она повернулась, будто собираясь уйти.
Бай Тин сразу сел на диване.
— Сяосюань, подожди.
Говоря это, он всё ещё держался за лоб, изображая сильную боль.
Жун Шан обернулась.
— Налей... налей мне воды.
Ха.
Жун Шан прекрасно понимала: он тянет время, ожидая, когда подействует препарат.
Ладно.
Хочешь потянуть время?
Тогда она с удовольствием поиграет с ним.
Вернувшись к столу, Жун Шан взяла стакан и налила его доверху кипятком.
Когда Бай Тин протянул руку, она вдруг выплеснула воду прямо на него.
— А-а!
Мужчина от боли аж подскочил.
Вода стекала по его одежде. Он схватился за ткань и принялся судорожно её оттягивать.
— Ты... ты что творишь?!
— Прости, прости.
Глядя, как он шипит от боли, Жун Шан едва не рассмеялась.
— Рука скользнула, — невинно объяснила она.
Она протянула ему салфетки. Бай Тин немного пришёл в себя и вдруг крепко схватил её за запястье.
Резко дёрнул — и Жун Шан упала на диван.
Он развернулся и уже собирался навалиться сверху, когда она с размаху пнула его.
— А!
Его голень врезалась в стоящий позади стеклянный столик.
Жун Шан успела сесть, но Бай Тин, словно боясь, что она убежит, снова бросился к ней и толкнул обратно на диван.
Под тёплым белым светом лампы мужчина грубо дёрнул воротник.
— Бай Сюань, ты хоть знаешь, сколько я ждал этого дня?
Покрасневшие глаза неотрывно смотрели на неё. Бай Тин шаг за шагом приближался.
Он ждал, когда лекарство в её организме наконец подействует и она окажется полностью в его власти.
Но прошло уже слишком много времени.
По расчётам препарат давно должен был сработать.
Почему?
— Бай Тин, ты знаешь, сколько людей сегодня внизу?
Неужели он настолько ничего не боится?
Ему не страшно стать всеобщим посмешищем?
— Бояться? — уголок его губ приподнялся в странной улыбке.
Он повёл шеей; суставы хрустнули.
— Чего мне бояться?
— Бай Сюань, если сегодня ты станешь моей, отец с матерью мне ничего не сделают.
В конце концов, они одна семья.
Она изначально была принятой в дом будущей невесткой. Какая разница, за Бай Мо она выйдет или за него?
Бай Тин сорвал галстук и бросил на пол.
А затем наступил на него, оставив на ткани след от подошвы.
Он поднял голову и, встретившись с холодным взглядом женщины, властно усмехнулся:
— Бай Сюань, сегодня тебе не сбежать.
Сняв пиджак и рубашку, он бросился к дивану.
Жун Шан прищурилась.
В ту же секунду в комнате взревел порыв ветра. Бай Тина отбросило назад вместе со стеклянным журнальным столиком.
Он рухнул прямо на осколки. Спина мгновенно покрылась кровью.
Перед его глазами женщина в туфлях на каблуках семь-восемь сантиметров медленно направилась к нему.
Бай Тин зажмурился. Казалось, болела каждая мышца.
— Ты... ты...
Что происходит?
Жун Шан холодно рассмеялась.
Смех донёсся сверху. Бай Тин упёрся ладонями в пол и медленно сел.
— Сяосюань, ты лучше всех знаешь, как я обычно к тебе относился.
— Знаю? — Жун Шан носком туфли легонько толкнула его ступню. — Что именно я должна знать?
— Что ты всё время ко мне приставал?
— Или что вы с сообщницей подмешали лекарство в мой бокал?
От последней фразы Бай Тин резко побледнел.
— Ты... откуда ты...