Жун Шан не понимала.
По его тону можно было подумать, что речь идёт о смертельно опасном месте, а не о дне рождения.
— Приглашение уже прислали. Почему не едешь?
Он специально приехал в западную часть города и сообщил семье Чжан адрес отеля.
А теперь утверждает, что не пойдёт?
Явная отговорка.
Но почему он так не хочет брать её с собой?
Жун Шан без лишних слов взяла Е Чэньюя за подбородок и повернула к себе.
Он холодно опустил взгляд.
— Зачем тебе семья Чжан?
Е Чэньюй знал, что она приехала искать кого-то, связанного с ними. Но цель не знал.
Жун Шан отвела глаза.
— Не твоё дело.
— Вот именно, — усмехнулся он. Улыбка исчезла почти сразу. — Раз не моё дело, с чего мне помогать тебе попасть туда?
Жун Шан замолчала.
Хорошо ответил.
Несколько секунд они смотрели друг на друга.
Наконец она уступила:
— Я ищу человека.
— Кого?
Почему он устраивает настоящий допрос?
Неужели отношения Е Чэньюя с семьёй Чжан теснее, чем она думает?
Если так, его поездка вообще могла быть попыткой следить за ней.
Жун Шан потёрла переносицу.
Вот зачем она поддалась красивому лицу и разрешила ему ехать?
— Ребёнка.
— Зачем?
Ответила на один вопрос — сразу следующий.
Жун Шан закрыла глаза, явно раздражённая.
Е Чэньюй некоторое время молча смотрел на неё.
— Е Чэньюй, как ни крути, я спасла тебе жизнь. Неужели ты настолько бессердечный, что даже такую мелочь для меня не сделаешь?
Если бы не внук бабушки Лю, она бы ни за что не стала давить этим.
Е Чэньюй и сам прекрасно помнил, что обязан ей жизнью.
Но именно здесь всё было сложнее.
Он молчал.
Жун Шан окончательно разозлилась.
— Ладно. Не хочешь — не надо.
Она резко встала.
Е Чэньюй поднял голову.
По напряжённой линии подбородка было ясно: она действительно сердится.
Жун Шан пошла собирать вещи.
Е Чэньюй мучительно колебался.
Когда она уже застегнула сумку и подняла её, он не выдержал.
— Ты куда?
Жун Шан молча направилась к двери.
Е Чэньюй последовал за ней и тяжело вздохнул.
Сдался.
— Ладно. Возьму тебя.
Жун Шан остановилась.
— Правда?
Она обернулась. Там, где он не мог видеть, уголки губ чуть приподнялись.
— Правда. Иди переоденься.
Е Чэньюй уже понял: отговаривать её бесполезно. Если Ло Синьде решила попасть к семье Чжан, она всё равно найдёт способ.
Уходя переодеваться, он снова тяжело вздохнул.