К полуночи лампа над операционной всё ещё горела.
Жун Шан вернулась из уборной и успела перекинуться несколькими словами с Су Юньмэн.
Та как раз собиралась спросить, что именно произошло вечером, когда подошёл человек старого господина Гу.
Старик просил Жун Шан пройти к нему.
Он был наблюдательным.
Возможно, заметил кровь на её руках и уже что-то заподозрил.
Жун Шан последовала за слугой в больничную зону отдыха.
Старый господин Гу сидел там с детской погремушкой-барабанчиком в руке.
Он медленно тряс её, и маленький барабан издавал глухое «тук-тук».
В ночной тишине звук был странным.
И одновременно печальным.
— Старый господин, госпожа Ань пришла.
Странно, правда?
Жун Шан слегка вскинула бровь.
Она не знала, откуда слуги семьи Гу узнали её фамилию.
Но спрашивать не стала.
Старик медленно открыл глаза.
Встретившись с её взглядом, похлопал по месту рядом.
— Садись.
Неожиданно он оказался довольно спокойным.
— Спасибо.
Жун Шан села на холодную каменную скамью.
— Я знаю, что ранение этого мальчишки связано с тобой.
Старик говорил медленно, без давления.
Жун Шан и не собиралась скрывать.
— Да.
Погремушка замолчала.
Старый господин Гу повернулся к ней.
В глазах блеснули слёзы, которые он явно не хотел показывать.
— Госпожа Ань, расскажешь, что сегодня произошло?
Он очень переживал за внука.
Весь последний час только и делал, что молился, чтобы тот выжил.
Жун Шан понимала его чувства.
Она кивнула и подробно пересказала события.
Только одно скрыла: что именно она убила Лю Чжунсиня.
Как и ожидалось, не дослушав даже до конца, старый господин Гу схватил трость и вскочил.
— Я так и знал! Эти двое будут до последнего покрывать своего сына!
Иначе с чего им говорить правду?
Мысль о том, что любимого внука так унизили, причиняла почти физическую боль.
Не надо было вообще отпускать его в шоу-бизнес.
Остался бы дома — не терпел бы всё это.
Старик уже собирался идти разбираться с супругами Лю.
Жун Шан понимала: если отпустить, обязательно случится ещё что-то.
Она быстро встала и перегородила дорогу.
— Старый господин, сначала выслушайте ещё одну вещь.
Он тяжело вздохнул.
— Говори.
— Сын Лю Фэна, скорее всего, уже мёртв.
— Что?
Старик распахнул глаза.
— Что ты сказала?
— На яхте сломалось ограждение. После того как Лю Чжунсинь выстрелил в меня, а Синчэнь закрыл собой, тот испугался и начал отступать.
Жун Шан сделала паузу.
Старик уже понял.
— Хочешь сказать, он мог утонуть?
— Да.
— А Лю Фэн с женой…
— Ещё не знают.
Старый господин Гу ошеломлённо потёр висок.
Какое-то время он даже не понимал, что делать дальше.
Потом резко посмотрел на Жун Шан.
— Девочка, а почему ты им не сказала?