— Я в порядке.
Шэн Цяньсин явно пытался отослать его, но Шэн Цянье счёл невежливым оставлять гостя и отказался.
Цяньсин сидел как на иголках, без интереса оглядывая комнату.
Шэн Цянье заметил.
— У тебя что-то случилось?
— Нет, ничего.
Он очнулся, неловко улыбнулся и покачал головой.
Они продолжили сидеть в гостиной. Позже Шэн Цяньсин вдруг предложил поужинать здесь.
Только что уговаривал брата отдохнуть, а теперь с ожиданием заявил, что соскучился по его стряпне. Похоже, говорил первое, что приходило в голову.
Но Шэн Цянье обладал удивительно мягким характером.
— Дома почти нет продуктов.
— Ничего, приготовь что-нибудь простое.
Вскоре Шэн Цянье отправился на кухню.
Воспользовавшись моментом, Цяньсин тайком поднялся в спальню.
Он видел, где брат хранит лекарства: в первом ящике прикроватной тумбочки.
Шэн Цяньсин достал флакон, затем вынул из одежды другой — совершенно такой же.
Когда-то именно его родители водили Шэн Цянье к врачу, поэтому найти идентичную упаковку оказалось несложно.
Подменив лекарство, он холодно усмехнулся, оглядывая комнату.
— Брат, не вини меня. Сам виноват, что сидишь на золотой горе.
После смерти Шэн Цянье его имущество должно было перейти Цяньсину, а связи знаменитого брата помогли бы окончательно закрепиться в индустрии.
От одной мысли в его глазах появился торжествующий блеск.
Через пять минут Шэн Цянье вышел из кухни и увидел, как Цяньсин спускается со второго этажа.
Он нахмурился, но прежде, чем успел спросить, гость заговорил:
— Брат, ты ремонтировал гостиную наверху? Выглядит совсем новой.
Лицо его оставалось совершенно спокойным. Шэн Цянье ответил несколькими незначительными фразами.
Позже он вернулся на кухню готовить. Шэн Цяньсин сперва пил чай в гостиной, но через несколько минут пришёл следом.
Среди треска масла Шэн Цянье обернулся сквозь лёгкий дым.
— Подожди снаружи.
— Брат… Я только сейчас вспомнил: режиссёр Чжан просил заехать к нему вечером. Вот память — совсем вылетело из головы.
Шэн Цянье приподнял бровь.
Как можно быть настолько рассеянным?
Увидев его торопливость, он беспомощно вздохнул.
— Тогда езжай.
— Спасибо, брат.
Шэн Цяньсин подошёл, похлопал его по плечу и многозначительно добавил:
— Не забывай принимать лекарство и беречь здоровье.
— Знаю. Иди уже.
***
В тот вечер ровно в девять дороги были укрыты снегом.
В гостинице «Шэнцзи» радиоприёмник хозяина передавал последние новости.
Когда диктор ровным официальным голосом сообщил о смерти в квартире района Гуйюань города S, лежавшая на жёсткой кровати Жун Шан резко открыла глаза.