Лицо госпожи Гун мгновенно побледнело.
Какой уж тут обед — она вскочила и бросилась искать сына.
За столом несколько наложниц переглянулись. Выражения у них были весьма многозначительные.
После полудня солнце светило особенно ярко.
Госпожа Гун подняла почти всех слуг: обыскали виллу и весь остров.
Прошло около двух часов — ни следа Гун Цзымо.
Госпожа Гун окончательно запаниковала. Стоило остановиться, как она снова начинала плакать.
Жун Шан хмурилась.
Она даже не понимала, находится ли Гун Цзымо ещё на острове: почувствовать его присутствие не получалось.
— Что же делать… сынок мой…
Госпожа Гун рыдала в голос.
Слуги вокруг утешали её, подавали салфетки, приносили воду.
Она ничего не брала и только стояла у моря, снова и снова выкрикивая имя Гун Цзымо.
Никто не отвечал.
Сердце у неё холодело.
Что же делать?
Цзымо, куда ты пропал?
С нынешним состоянием сына госпожа Гун по-настоящему боялась, что с ним случилось несчастье.
К вечеру несколько наложниц собрались за маджонгом и отпускали ехидные замечания.
Госпожа Гун сидела неподалёку, следы слёз ещё не высохли.
Зазвонил телефон.
Управляющий быстро подошёл, лицо было серьёзным.
— Госпожа, звонит господин.
Наложницы тут же подняли головы. На их лицах промелькнуло беспокойство.
Они велели слугам убрать стол для маджонга и потянулись следом за госпожой Гун.
Та взяла трубку и, услышав голос мужа, снова расплакалась:
— Муж, Цзымо пропал.
— Я столько его ищу и нигде не могу найти. Что мне делать?
Голос дрожал от рыданий.
Господин Гун понимал её состояние, но находился за границей и не мог мгновенно вернуться.
Оставалось терпеливо успокаивать.
Когда жена немного пришла в себя, он попросил передать телефон управляющему.
С остальными разговаривать не стал.
Третья госпожа недовольно поджала губы.
***
Искали без остановки.
Обыскали каждый угол острова.
Одиннадцать часов подряд.
К тому времени уже стемнело.
Жун Шан посмотрела на часы — почти полночь.
Слуги семьи Гун ходили с фонарями.
Но Гун Цзымо так никто и не нашёл.
Система не давала никаких предупреждений.
Это означало одно: сейчас он всё ещё в безопасности.
Но госпожа Гун этого не знала.
За целый день она только и делала, что плакала. Когда управляющий в очередной раз вернулся с пустыми руками, женщина вскочила, у неё потемнело в глазах — и она потеряла сознание.
Семейного врача вызвали мгновенно, но весь дом уже погрузился в хаос.
Когда госпожу Гун перенесли в комнату, Жун Шан поднялась наверх.
Она собиралась сама выяснить, где Гун Цзымо.
И тут зазвонил телефон, оставленный в комнате.
Жун Шан бросилась к нему, решив, что появились новости.
На экране высветилось имя «Юнь Хао».
Её лицо тут же похолодело.
Интерес пропал.
Но звонок повторился несколько раз, и она всё-таки ответила.
— Алло? Что случилось?
Даже обращаться к нему никак не стала.
В трубке Юнь Хао, кажется, растерялся.
Он молчал целых три секунды, прежде чем спросить:
— Что вообще происходит?
— Почему молодой господин Гун улетел на нашем вертолёте?
— Что?!
Гун Цзымо был на том самом вертолёте, на котором уехал Юнь Хао?!
Жун Шан широко раскрыла глаза.
— Где он сейчас?
— У нас дома.
Юнь Хао объяснил: днём, когда его обнаружили, Гун Цзымо лежал без сознания под сиденьем.
Сначала все решили, что он забрался в вертолёт из любопытства.
Но совсем недавно мужчина очнулся — и выглядел совершенно растерянным.