— Только неуверенные в себе люди с искривлённой психикой вынуждены постоянно доказывать окружающим собственную значимость.
Жун Шан холодно смотрела на Тан Синь.
Пальцы на подбородке сжимались всё сильнее. Девушке показалось, что кости вот-вот треснут. Лицо то краснело, то бледнело от боли.
— Ты не говоришь всё это Жун Сюню только потому, что не смеешь. Ведь прекрасно знаешь: ты ему не нравишься. Поэтому вымещаешь злость на мне и надеешься, что, если мне станет больно, тебе станет легче. Верно?
Каждое слово било точно в цель.
Тан Синь не нашлась с ответом и лишь с ненавистью смотрела на неё.
— Чи Юэ, чем ты так гордишься?
Она с силой оттолкнула руку Жун Шан и потёрла болезненный подбородок.
— Да, тебе повезло в любви. Но компания принадлежит моему дяде. Стоит мне захотеть — и тебя в любую минуту заставят собрать вещи и уйти!
Неудивительно, что они родственники. Тан Синь и директор Хань угрожали совершенно одинаково.
Жун Шан лениво отвернулась.
— Хорошо. Пусть увольняет.
Её пальцы снова легли на клавиатуру.
Тан Синь фыркнула и вышла, действительно отправившись жаловаться дяде.
Однако меньше чем через десять минут вернулась в ярости.
— Чи Юэ, ты ещё и Жун Сюнем прикрываешься!
Только от дяди она узнала, что в договоре Жун Сюня имелся особый пункт, касавшийся этой женщины.
Компания «Фэнъюнь» не могла уволить Чи Юэ, пока та сама не решит уйти.
Настоящее кабальное условие.
Избавиться от Жун Шан не удалось, зато теперь Тан Синь каждый день сидела рядом и устраивала нескончаемый спектакль в одиночку.
Когда настроение было хорошим, Жун Шан воспринимала её как бесплатное развлечение. Когда плохим — стоило Тан Синь зайти в туалет, дверь загадочно запиралась снаружи.
Иногда сверху внезапно выливалось целое ведро воды, и Тан Синь выходила мокрой с головы до ног.
После каждого такого происшествия камеры почему-то ничего не показывали.
Всего за полмесяца Тан Синь оказалась настолько измотана, что несколько дней пролежала дома.
Её работа встала, и директор Хань снова поручил Жун Шан заниматься Жун Сюнем.
После возвращения автора популярность «Духовной жемчужины» взлетела. Продажи били рекорды, а Сновидение стал признанным новым богом сетевой литературы.
Оба были заняты. Иногда они успевали поговорить и поцеловаться лишь после десяти вечера, когда Жун Шан возвращалась домой.
Через месяц Тан Синь наконец переселили из её кабинета.
Вскоре директор Хань сообщил, что «Духовную жемчужину» собираются экранизировать в виде телесериала.
Роман ещё не закончился, поэтому режиссёр и компания хотели снять две части.
Экранизация была выгодна всем. Жун Сюнь не возражал — оставалось согласовать детали и подписать договор.