Му Цинхай натянуто улыбнулся и велел вывести обеих невест.
При виде свах госпожа Му перестала скандалить и отвернулась, вытирая слёзы.
Жун Шан и Му Юньцин вышли одновременно.
— Мама, не ссорься больше с отцом, — раздражённо сказала Му Юньцин.
— Цинъэр…
Все прежние планы госпожи Му рухнули. Му Юньшу стала женой главы семьи Фу, а её собственная дочь уходила к грубому Лян Чжэнцзуну. К тому же муж теперь относился к ним совершенно по-разному.
Му Юньцин наклонилась к матери:
— Когда я уйду, удерживай отца и не ссорься по пустякам. Ну и что, что Му Юньшу войдёт в дом Фу? Семья Му всё равно достанется брату. Если отец сумеет получить через неё выгоду, нам же лучше.
Нескольких слов хватило, чтобы госпожа Му поверила и успокоилась. Она вытерла слёзы, сказала дочери несколько ласковых фраз и пошла мириться с мужем.
Жун Шан мысленно усмехнулась.
Они всё ещё надеялись получить от неё выгоду. Пустая мечта.
Невестам накрыли лица красными покрывалами и повели к паланкинам. По дороге Жун Шан приблизилась к сестре.
— Поздравляю. С нетерпением жду, какой прекрасной станет твоя жизнь с Лян Чжэнцзуном.
Последние слова она особенно подчеркнула.
Му Юньцин поняла насмешку и сердито прошипела:
— Не зазнавайся. Ты думаешь, мужчина из такой семьи, как Фу Цзинчэнь, будет верен одной женщине? Он наверняка возьмёт вторую и третью жену. Посмотрим, как долго ты останешься любимицей.
— Тогда смотри внимательно, — холодно ответила Жун Шан.
***
Один паланкин отправился на запад города, в дом семьи Лян. Другой — на север, в дом Фу.
Там уже приготовили несколько сотен столов для гостей.
Фу Цзинчэнь и Жун Шан поклонились Небу и Земле, затем старшим и стали мужем и женой. Красный узел соединял их руки.
На торжество приехало множество чиновников и знатных людей. Проводив невесту в спальню, Фу Цзинчэнь вернулся к гостям поднимать чаши.
***
В главной комнате дворика Цзытан висели красные знаки счастья, на столе лежали лонган и сухофрукты.
Жун Шан сидела в свадебном платье под красным покрывалом. Рядом оставалась только служанка.
Но весь день у неё дёргалось веко, а лицо Фу Бэйяо постоянно всплывало в памяти. Это раздражало и сбивало с толку.
Особое чувство обычно возникало лишь рядом с целью задания. Фу Цзинчэнь был перед ней, почему же она ощущала то же самое рядом с Фу Бэйяо?
Жун Шан отослала служанку и сняла покрывало.
— Сердечко, Фу Цзинчэнь и Фу Бэйяо случайно не один человек?