Вторая наложница вздохнула.
Закончив красивые слова, снова вернулась к главному.
— Юнь Си, что всё-таки случилось в тот день? Почему Цзымо привезли с тремя пулевыми ранениями?
А в душе она думала другое.
Почему три пули его не убили?
А Юнь Си?
Разве она не была рядом?
Почему сама не пострадала?
Взгляд Жун Шан похолодел, уголок губ чуть приподнялся.
— Я тоже не знаю.
— Не знаешь? — Вторая наложница явно не поверила.
Наверняка просто не хочет говорить правду.
— Юнь Си, я понимаю, тогда ты, должно быть, очень испугалась.
Голос стал мягче.
— Ничего. Подумай спокойно.
Она подняла бокал, который только что налила Жун Шан, и сделала глоток.
Похоже, вино понравилось.
Выпила ещё несколько раз.
И всё ждала.
Ждала, что Жун Шан заговорит.
Но проходило время, а та молчала.
— Простите. — Жун Шан виновато улыбнулась. — Я правда ничего не могу вспомнить.
Она потёрла лоб и нахмурилась.
— Как только начинаю думать, сразу болит голова.
Вторая наложница нахмурилась.
Поставила бокал и не выдержала:
— Юнь Си, ты просто не хочешь мне рассказывать?
— Что вы.
— Тогда объясни: почему вы с Цзымо были вместе, он весь ранен, а на тебе ни царапины?
— Вот этого я и сама не знаю. — Жун Шан почувствовала: похоже, женщина уже пытается свалить грязь на неё. — Вторая наложница, у меня бесполезно спрашивать.
— Хотите знать — ищите тех убийц.
— Спросите, почему они не стреляли в меня и все пришли именно за Цзымо. Может, кто-то специально их послал.
— Чушь! — Вторая наложница выкрикнула, не успев подумать.
И сразу пожалела.
Разве этим она не выдаёт себя?
Жун Шан приподняла бровь и улыбнулась.
— Вторая наложница, что вы хотите сказать?
Она поднялась.
Вторая наложница занервничала и снова схватилась за бокал.
— Вы говорите, что я несу чушь. Значит…
— Нет. — От волнения руки уже дрожали. — Я лишь говорю, что у тебя нет доказательств.
— Может… может, ты сама тоже к этому причастна.
Бах!
Дверь внезапно распахнулась.
Вторая наложница вздрогнула.
Жун Шан прищурилась.
Обернулась и увидела Гун Цзымо.
Он надул губы и с несчастным видом вошёл, одной рукой поддерживая другую.
Жун Шан посмотрела на руку — ту самую, которую прострелили тогда.
— Что случилось?
— Сестра, рука болит.
Увидев, что Гун Цзымо опять пришёл, вторая наложница нахмурилась.
Странный он какой-то.
Велели спать — не спит.
И неизвестно, сколько уже стоит снаружи и что успел услышать.
Но раз ворвался сейчас, ей больше не пришлось продолжать опасный разговор.
Она поставила бокал и встала.
— Раз у Цзымо болит рука, подуй ему на неё.
— У меня больше дел нет. Пойду отдыхать.
Жун Шан подняла глаза.
Женщина словно очень спешила уйти.
Ха.
Жун Шан мысленно усмехнулась и кивнула:
— Хорошо. Спокойной ночи.
Вторая наложница быстро вышла.
Жун Шан проводила её до двери и смотрела, пока фигура не исчезла в коридоре.
Закрыла дверь и вернулась к Гун Цзымо.
— Рука ещё болит?
Он покачал головой.
— Нет.
Сказал и уже хотел уйти.
Но когда проходил мимо, Жун Шан схватила его.