Цок.
Жун Шан опустила голову и тихо рассмеялась.
Вот если бы они называли её как-нибудь иначе — инопланетянкой, человеком со сверхспособностями или ещё кем-нибудь…
Хе-хе.
Может, тогда окружающие и не считали бы их сумасшедшими.
Призрак?
Если она призрак, почему спокойно стоит здесь среди белого дня?
…
После того как семья Хуа вмешалась и Хо Бинъянь с Хо Янем арестовали, старики Хо несколько раз приходили к воротам Хуа просить пощады.
Надеялись, что те проявят великодушие и простят их детям этот раз.
Как назло, каждый раз Жун Шан не было дома — она брала ребёнка и ездила в компанию.
Говорили, госпожа Хуа отчитала супругов Хо так, что те даже не решились возразить.
Жалкое зрелище.
Однажды в компании Жун Шан услышала, как за спиной о ней судачат.
Говорили, что едва она вышла замуж в богатую семью Хуа, сразу бросила родителей, которые вырастили её, а собственного брата и младшую сестру отправила в тюрьму.
Слухи расползались всё дальше.
Для многих сотрудников она превратилась в жестокую неблагодарную женщину.
Говорили, что у неё нет ни совести, ни сердца.
Жун Шан было всё равно.
Она сама знала, как живёт. Пусть остальные болтают что хотят.
Но однажды к ней пришёл менеджер отдела и начал жаловаться.
В его подразделении остались только он и ещё один сотрудник.
Всех остальных Хуа Наньюэ уволил.
Работы на двоих слишком много.
Может, молодая госпожа поговорит с ним и разрешит нанять ещё людей?
Жун Шан удивилась.
— Почему вдруг уволили столько сотрудников?
Менеджер неловко посмотрел на неё.
— Молодая госпожа, только не сердитесь, если скажу.
— Говори.
— На самом деле… они во время работы обсуждали вас и говорили неприятные вещи. А в тот день президент как раз спустился с проверкой и услышал…
Менеджер снова посмотрел на неё.
По его мнению, эта женщина во всех отношениях была вполне нормальной.
Как остальные умудрились выставить её настоящим чудовищем?
Неудивительно, что президент взорвался и почти целиком уволил отдел.
В тот день даже сам менеджер едва не попал под раздачу.
Выслушав, Жун Шан улыбнулась.
— Иди пока работай. Когда он вернётся, поговорю с ним.
— Хорошо!
Менеджер был очень благодарен.
— Спасибо, молодая госпожа.
— Не за что.
Она как раз разводила ребёнку смесь.
Менеджер вышел из кабинета.
Но на полпути вдруг зачем-то вернулся.
Тук-тук-тук.
Он постучал.
Жун Шан обернулась.
Менеджер поднял большой палец.
— Молодая госпожа, не обращайте внимания на чужую болтовню. Они просто вам завидуют. Вы хороший человек. Правда.
Жун Шан слегка улыбнулась.
Через стеклянную дверь она увидела, как кто-то медленно приближается по коридору.
Вскоре снаружи прозвучал холодный мужской голос.
Менеджер только закончил хвалить её и обернулся — а высокая фигура мужчины уже стояла у него на пути.
— Насколько хороша моя жена, тебе думать не нужно.
— …
Менеджера мгновенно прошиб холодный пот.
— Господин президент.
Он опустил голову.
Даже не глядя, понимал, насколько мрачно сейчас лицо Хуа Наньюэ.
— Я… я не это имел в виду.
Хуа Наньюэ холодно посмотрел на него и раздражённо бросил:
— Иди работать.
— Да-да-да.
Господи, как тяжело жить.
Проходя мимо него, менеджер не удержался и похлопал себя по груди.
Вскоре Жун Шан закончила готовить смесь, взяла ребёнка и начала кормить.
Хуа Наньюэ вошёл внутрь и пристально посмотрел на неё.
Первым делом спросил:
— О чём вы только что разговаривали?