— Ха.
Фан Синьи, придерживая живот, поднялась с земли и увидела эту сцену.
Испугалась?
Ся Янь сама использовала ребёнка как приманку, чтобы заманить её в ловушку. С чего ей было бояться? Фан Синьи считала происходящее смешным.
Но имело ли теперь смысл объяснять это Му Цзиню?
Её уже окружили подоспевшие люди.
Едва Фан Синьи выпрямилась, к ней подошёл высокий мужчина. Раздался громкий хлопок — по её лицу пришлась пощёчина.
— Фан Синьи, ты с ума сошла? — Фан Шию нахмурился и разочарованно посмотрел на сестру. — В такую жару зачем ты притащила ребёнка на крышу?
— Я…
Она прикрыла горящую щёку, а в глазах заблестели слёзы.
Оклеветали ли её?
Конечно нет.
Жун Шан заранее узнала о её намерении устроить неприятность и просто обратила план против неё.
Фан Синьи сама замыслила дурное, поэтому не могла винить других за подготовленную яму.
После этого происшествия компания в одностороннем порядке расторгла с ней контракт.
Разгневанный Му Цзинь заявил, что обратится в полицию.
Фан Синьи окончательно отчаялась. Мужчина становился всё дальше, надежд больше не оставалось. Ей пришлось просить Жун Шан и согласиться на прежнее условие.
Она должна была уехать и, как сказала Жун Шан, навсегда исчезнуть из их круга.
После нескольких дней споров Фан Синьи села на самолёт до Великобритании. Вместе с её отъездом закончились все обиды и привязанности.
***
Через несколько лет Му Синъянь и Му Синъюй пошли в детский сад.
Жун Шан взяла отпуск и почти ничем не была занята. Они с Му Цзинем договорились, что каждый день она будет готовить обед и привозить его в компанию.
Однажды, глядя, как сидевший рядом мужчина с довольным видом ест принесённую еду, Жун Шан от скуки пересела в его рабочее кресло.
— Синъюй утром плакала в детском саду?
Му Цзинь поднял голову. В его блестящих чёрных глазах была нежность.
Прошло несколько лет после свадьбы, но он относился к ней всё так же хорошо.
Как и обещал когда-то, с каждым днём любил её немного сильнее.
— Плакала.
Рассеянно рассматривая стол, Жун Шан тихо усмехнулась:
— Ты её избаловал. Уже в детский сад ходит, а всё ещё устраивает истерики. Что будет дальше?
— Когда вырастет, сама перестанет.
Му Цзинь считал, что все дети любят играть. Разумеется, им не нравится, когда в школе приходится слушаться учителя.
— Ну-ну, балуй дальше.
Жун Шан слегка потёрла уставшие виски, запрокинула голову и несколько секунд смотрела в потолок.
Му Цзинь продолжал что-то говорить. Отвечая ему, она опустила взгляд и собралась встать.
В этот момент под креслом ей попался белый лист с небрежными, но красивыми чёрными иероглифами.
Хм?
Подняв бровь, Жун Шан наклонилась и подняла бумагу.
— Что случилось?
Увидев, как она вдруг нагнулась, Му Цзинь оставил палочки и направился к столу, решив, что что-то произошло.
Когда ему оставалось всего два шага, Жун Шан уже выпрямилась. Между двумя тонкими пальцами она держала белый лист.
— Му Цзинь, что это?