Ну и зачем Цзыци это делает?
Совсем голову потерял?
Разве не знает, что господин сейчас на острове?
Бьёт Гун Цзымо прямо здесь, будто завтра отец его не накажет.
Но контролировать себя он не мог.
Двоюродный брат умер.
Виноваты эти люди.
Если сейчас снова стерпит — сам себе будет противен.
Гун Цзыци резко вырвался из рук старшего брата.
Как лошадь, сорвавшаяся с привязи, бросился вперёд.
Гун Цзыли и Гун Цзысю даже не успели отреагировать.
Бам!
Они своими глазами увидели, как кулак снова врезался Гун Цзымо в лицо.
Гун Цзыли нахмурился.
— Плохо дело.
Если всё разрастётся, Цзыци серьёзно пострадает от наказания.
— Цзысю. — Он переглянулся со вторым братом.
Оба сразу поняли друг друга и вошли.
Как раз раздался ещё один удар.
Гун Цзымо так и не попытался ответить.
Гун Цзыци прижал его к полу и бил сверху.
— Гун Цзымо, моего двоюродного брата убил ты! Ты!
Удары следовали один за другим.
— Цзыци, хватит!
Лицо Гун Цзымо уже покрывалось синяками.
У Гун Цзыли сердце ёкнуло.
Они вдвоём стянули младшего брата со спины Гун Цзымо.
И как раз тогда в комнату вошла Жун Шан.
Она увидела, что Гун Цзымо даже не сопротивлялся.
Нахмурилась.
А заметив довольное лицо Гун Цзыци, разозлилась.
Несколько быстрых шагов.
Хлоп!
Пощёчина легла ему на лицо.
Гун Цзыци замер. Улыбка исчезла.
Он посмотрел на Жун Шан.
Хлоп! Хлоп!
По одной с каждой стороны.
Она уже замахнулась снова, но он поймал запястье.
В глазах огонь.
— Юнь Си, ты закончила?!
— Нет.
Жун Шан другой рукой снова ударила.
Гун Цзыци окончательно оцепенел.
Она вырвала руку и наклонилась, помогая Гун Цзымо подняться.
Красивое лицо мужчины теперь было покрыто синяками.
У губ немного крови.
Гун Цзыли поспешил извиниться за брата.
Говорил, что тот расстроен, поэтому ударил слишком сильно, но якобы не хотел всерьёз.
Жун Шан холодно фыркнула:
— Оставьте эти объяснения господину Гуну.
Гун Цзысю раздражённо сказал:
— Даже если так, это дело нашей семьи Гун. Тебе не стоит вмешиваться.
Он имел в виду пощёчины Гун Цзыци.
Жун Шан ничего больше не ответила.
Поддержала Гун Цзымо и повела внутрь обработать синяки.
Гун Цзыци ещё собирался идти следом.
Гун Цзысю дёрнул его назад.
— Ты куда? Не видишь, эта женщина тебя терпеть не может?
Вот же дурак.
Его бьют, а он даже не отвечает.
Ночью все разошлись, и о драке знало мало людей.
Но утром кто-то всё-таки успел донести господину Гуну.
Гун Цзыци ещё крепко спал, когда двое охранников вошли, взвалили его на плечо и понесли.
Он проснулся в полусне и перепугался.
— Вы что делаете?!
Дёргался и пинался.
Охранник пояснил:
— Четвёртый молодой господин, господин приглашает вас.
Приглашает?
— Это называется приглашением?! Сейчас же поставьте меня!
Его несли вниз головой. Желудок уже переворачивало, страшно хотелось вырвать.