Вскоре Е Чэньюй и Чжан Пэншэн ушли на поле.
Жун Шан осталась с Чжан Тяньцы в комнате отдыха.
Она заказала два напитка и придвинула один мальчику.
Он покачал головой.
— Что такое?
Чжан Тяньцы всё это время смотрел наружу.
Теперь повернулся к ней, заметно нервничая.
— Сестра, мне кажется, папа начал подозревать.
— Правда? Он спрашивал тебя о чём-то?
Мальчик кивнул.
— Вчера после вашего отъезда спросил, правда ли ты хотела меня увезти.
— И что ты ответил?
Чжан Пэншэн оказался наблюдательнее, чем ожидала Жун Шан.
Мальчик скорчил несчастное лицо.
— Я же не мог тебя выдать.
Он вздохнул.
— Но теперь, кажется, выбраться отсюда вообще не получится.
Когда его только продали семье Чжан, он несколько раз пытался бежать.
Каждый раз его ловили и жестоко били.
Потом он перестал сопротивляться — и Чжан Пэншэн постепенно начал относиться к нему хорошо.
Но каким бы добрым ни был приёмный отец, родным он от этого не становился.
Лю Цзюньбао хотел найти младшего брата.
Мальчик положил обе руки на стол. На лице девятилетнего ребёнка было слишком взрослое выражение.
— Сестра, поможешь мне?
Жун Шан уже поняла его настоящий замысел.
Он знал, что бабушка умерла, и всерьёз не верил обещанию встречи.
Ему просто нужен был человек, который выведет его из семьи Чжан. А дальше он собирался сбежать уже сам.
Жун Шан хотела помочь.
Но сначала ребёнка нужно было показать бабушке Лю.
Она некоторое время молчала, оценивая помещение, а затем подозвала мальчика ближе.
Наклонилась и тихо сказала что-то ему на ухо.
Через некоторое время у Чжан Тяньцы внезапно «заболел живот».
Когда менеджер клуба сообщил Чжан Пэншэну, тот бросил клюшку и примчался в комнату отдыха.
Он сразу увидел холодный напиток на столе.
Лицо потемнело, а взгляд в сторону Жун Шан стал крайне недовольным.
Если бы не Е Чэньюй, он, вероятно, уже начал бы ругаться.
— Папа, живот ужасно болит…
Мальчик согнулся, держась за живот.
Чжан Пэншэн тут же поднял его на руки.
— Где медпункт?
— Впереди.
Менеджер клуба заметил выражение его лица и поспешил сам показать дорогу.
У двери им встретился Е Чэньюй.
Он машинально посмотрел на Жун Шан.
Она стояла спокойно и ничего не объясняла.
Когда троица ушла, Е Чэньюй подошёл.
— Почему не увела его? Ещё и живот заболел. Что ты устроила?
— Не вмешивайся. Иди скажи президенту Чжану, что мы уезжаем.
Е Чэньюй хотел спросить, почему так внезапно, но по её лицу понял: ответа не будет.
Он послушно направился в медпункт.
Жун Шан осталась ждать снаружи.