Жун Шан улыбнулась так, что улыбка не дошла до глаз, и закрыла за собой дверь.
— Вообще-то я жду меньше часа. Совсем чуть-чуть.
Встреча была на половину восьмого. Сейчас уже за восемь.
На лице женщины сохранялась улыбка, но Шэнь Люнянь почему-то ясно чувствовал, что мысленно она уже тысячу раз его обругала.
И справедливо.
Он выехал около семи, но по дороге позвонил помощник. Пришлось возвращаться в компанию на короткое совещание, поэтому сюда он добрался так поздно.
Под её оценивающим взглядом Шэнь Люнянь кашлянул в кулак.
— Извини. Я опоздал.
Он поднялся и отодвинул для неё стул.
— Что любишь? Давай сначала закажем.
Если оценивать по меркам свидания вслепую — пока полный провал.
Жун Шан выдохнула и села.
Когда мужчина устроился напротив, она коротко представилась:
— Чжун Ся.
Шэнь Люнянь словно даже удивился её готовности говорить.
Он протянул руку.
— Я Шэнь Лю…
И внезапно оборвал себя.
Жун Шан подняла бровь.
— Шэнь Лю?..
Мужчина отвёл взгляд, будто не хотел чего-то раскрывать.
— Шэнь Люлянь.
— Люлянь? Дуриан?
Вот уж разговор с душком.
Жун Шан мысленно обратилась к системе:
[Нельзя было подобрать ему имя поприличнее?]
Люлянь… Чем дальше, тем хуже.
Мужчина спокойно кивнул.
— Да. А что?
— Ничего.
Смеяться над чужим именем всё же невежливо.
Жун Шан перевела взгляд на меню.
— Давай закажем.
Раз уж она прождала почти час, хотя бы поест.
Через десять с лишним минут принесли блюда.
Шэнь Люнянь первым поднял бокал и объявил, что за опоздание выпьет три штрафных.
Жун Шан не возражала.
Но вскоре ей стало казаться, что кто-то всё время пристально смотрит.
Стоило поднять глаза — мужчина напротив спокойно ел, будто ничего не происходило.
Иногда он даже принимал её взгляд на свой счёт.
— Что? У меня что-то на лице?
На губах сохранялась мягкая улыбка.
Жун Шан прищурилась.
— Ничего.
Наверное, показалось.
В прошлом мире она узнала: осколки души способны хранить память. Просто возвращается она постепенно.
А иногда в одном мире проявляется почти целый человек, потому что…
«Я скучал по тебе».
Далёкий голос всплыл в памяти.
Он появился, потому что скучал.
Но сколько помнит мужчина перед ней сейчас?
Пока Жун Шан размышляла, Шэнь Люнянь чистыми палочками положил ей кусочек рёбрышка.
— Ешь больше. Ты ведь больше всего любишь рёбрышки.
Жун Шан замерла.
— Откуда ты знаешь?