— Меня?
Жун Шан улыбнулась.
— Шуцин. Я Гуань Шуцин.
— Имя... красивое.
Шэнь Чанлин сам не понимал, почему рядом с ней начинает заикаться.
— Ты сюда... — он оглянулся на тёмный переулок. Неясно, что она вообще делала здесь ночью. — Девушке лучше не гулять одной так поздно.
Время сейчас было неспокойное.
Понимая, что он просто переживает, Жун Шан кивнула.
— Хорошо.
— Тогда я пойду домой.
Она развернулась.
Шэнь Чанлин открыл рот, но не придумал, что сказать.
Его тень под фонарём вытянулась далеко по земле.
Жун Шан лишь опустила глаза — и сразу поняла: он нервно сжимает ладони.
— Кстати... — В конце концов она всё-таки обернулась. — Ты, кажется, не местный.
Местный человек вряд ли стал бы среди бела дня ходить по городу с целым мешком серебряных долларов.
Она угадала.
Шэнь Чанлин смущённо кивнул.
— Да, я не с юга города.
— Я...
— Господин! Господин!
Он не успел договорить.
Сзади подбежал худощавый мужчина с деньгами в руке.
Шэнь Чанлин обернулся.
Официант добежал до него, тяжело дыша.
— Господин, вы только что переплатили.
Он съел всего одну миску лапши,
а оставил целый серебряный доллар.
— Не надо. Остальное — тебе на чай.
Шэнь Чанлин оттолкнул руку обратно.
Официант перепугался и не решался брать.
— Господин, это же всего миска лапши. Столько... слишком много.
Жун Шан всё поняла.
Какой-то простодушный богач, который разбрасывается деньгами.
Но с другой стороны — значит, семья у него действительно очень обеспеченная.
Вспомнив, что сегодня ночью вторая наложница собирается подложить ей в комнату ядовитую змею,
Жун Шан ещё пару секунд посмотрела на Шэнь Чанлина и всё-таки решила вернуться в дом Гуань.
Когда Шэнь Чанлин наконец договорился с официантом,
обернулся —
а на длинной улице Гуань Шуцин уже не было видно.
Так быстро.
Даже не попрощалась.
Он нахмурился.
Посмотрел вслед ушедшему официанту и вздохнул. В руке всё ещё лежала сдача, которую тот ему вернул.
Эх.
Настроение сразу испортилось.
Шэнь Чанлин подумал: кто знает, где теперь искать её в следующий раз.
Гуань Шуцин, Гуань Шуцин...
Он несколько раз повторил имя про себя.
И всё-таки решил вернуться в гостиницу.
А этой ночью
слугу, который тайком пытался выпустить ядовитую змею в комнату Жун Шан, она поймала на месте.
Его лицо было закрыто чёрной тканью.
Жун Шан схватила мужчину и сорвала повязку.
Оказался племянник управляющего.
— Вот как. — Жун Шан с улыбкой выкрутила ему плечо. — Ты чего среди ночи в мою комнату тащишь?
— Я... ничего.
Но в руке у него был чёрный мешок.
Жун Шан посмотрела и попыталась забрать.
Он не отдал, дёрнулся, стараясь вырваться.
Не повезло.
Только освободился и развернулся —
как Жун Шан мощно ударила ногой.
Хлоп!
Мужчина распластался на земле.
Она тут же подошла, заломила обе руки за спину.
— Вставай!
Ночь была тихой.
Большинство в доме уже спало.
Только вторая наложница сидела в центральном зале и пила горячий чай.
Когда Жун Шан привела пленника,
та взглянула — и зрачки резко сузились.
Она машинально поднялась со стула.
— Шуцин, вы... что это?
— Младшая матушка, так поздно ещё не спишь?