— Госпожа Цзян!
Кто-то вскрикнул.
Фу Цзинчэнь стоял ближе всех, но даже не попытался её остановить. Заложив руки за спину, он безучастно смотрел, как Цзян Ваньлань бросается к стене.
Раздался глухой удар.
Ей показалось, что голова раскололась. Перед глазами потемнело и вспыхнули искры. Кровь потекла со лба, а тело медленно сползло по холодной стене.
— Ваньлань! — перепугалась старая госпожа.
Служанки бросились к девушке. Старая госпожа тоже поднялась, но услышала холодный голос сына:
— Матушка, я вернусь к себе.
Она сердито обернулась:
— Стой. Никуда не уходи.
Вокруг Цзян Ваньлань поднялась суматоха. Служанки звали её, зажимали рану платками.
— Быстро зовите лекаря!
***
Так Цзян Ваньлань во второй раз не сумела покончить с собой, а старая госпожа, рассерженная на сына, удержала его в башне Цзинъян.
Через час Жун Шан, не дождавшись мужа, пришла туда сама.
Она услышала о произошедшем в зале и узнала, что старая госпожа сидит у постели Цзян Ваньлань.
Жун Шан тихо усмехнулась. Девушка умела использовать чужое сострадание.
В главном зале оставалось лишь несколько служанок. Спросив у них, Жун Шан прошла в правую комнату.
Фу Цзинчэнь стоял у деревянного окна, напряжённо глядя наружу.
— Вас поставили в угол за проступок? — поддразнила она.
Он обернулся и естественно заключил её в объятия.
— Нет. Зачем вы пришли?
— Проверить, не случилось ли чего.
Фу Цзинчэнь улыбнулся, сильнее прижал её и положил подбородок на плечо.
— Юньшу, может, нам сбежать вместе?
— Почему?
— Цзян Ваньлань явно добивается жалости. Если так продолжится, матушка начнёт угрожать мне, заставляя взять её в наложницы.
Жун Шан услышала раздражение в его голосе.
— И вы готовы оставить мать?
О сыновней почтительности Фу Цзинчэня знал весь город.
Мужчина замолчал и сразу успокоился.
Жун Шан вышла из объятий, встала на носки и потрепала его по волосам.
— Не волнуйтесь. Я сама разберусь.
Фу Цзинчэнь послушно стоял, а в его глазах появилась улыбка.
— Хорошо. Оставляю это вам.
Он снова обнял её. На лице, скрытом от Жун Шан, появился румянец.