Ленивый смех сорвался с губ Жун Шан.
Жун Сюнь улыбнулся с нежностью.
— Ты сама попросила цветы.
Он не отводил горячего взгляда.
— Настоящих цветов у меня нет. Только сурепка и сердце, которое хочет на тебе жениться.
— Чи Юэ, выйдешь за меня?
Под белым светом фонаря Жун Шан смотрела ему в глаза. Её отражение занимало всю глубину тёмных зрачков, словно в мире мужчины больше никого не существовало.
Взгляд Жун Шан опустился к зелёному букету, губы слегка изогнулись.
Способ был банальным, зато сурепка придавала происходящему особое очарование.
[Богиня, тебе и правда нравится сурепка?] — потрясённо спросила система.
Неужели это секретная слабость?
[Она делает сцену невероятно смешной.]
Ответ Жун Шан вылил на Сердечко ведро холодной воды.
— Чи Юэ?
Она молчала всего несколько секунд, но Жун Сюню показалось, что прошла вечность.
Наконец Жун Шан забрала букет.
Она согласилась!
Жун Сюнь вскочил, но то ли слишком долго стоял на колене, то ли разволновался — высокая фигура сразу рухнула вперёд.
Он крепко обнял её всем весом. Жун Шан невольно отступила и едва не прогнулась в пояснице.
— Не торопись.
Она всё же удержала мужчину.
— Я… слишком рад.
Одной рукой Жун Сюнь обнял её за талию, другой погладил волосы. Затем начал снова и снова целовать в щёку.
— Я люблю тебя.
— Знаю.
— Чи Юэ, я люблю тебя.
— Да.
— Чи Юэ…
От волнения он бесконечно повторял признания у её уха.
Жун Шан вздохнула.
— Ты и правда от радости разучился говорить.
Они всё ещё стояли посреди улицы.
Она мягко оттолкнула его и собиралась идти дальше.
— Поговорим дома.
Но Жун Сюнь схватил её за руку и резко потянул обратно.
Жун Шан развернулась, а его губы уже накрыли её губы.
В глубокой ночи на безлюдной улице мужчина удерживал её за затылок и целовал властно и горячо.
Пока неподалёку не прозвучал детский голос:
— Мам, этот старший брат ест слюну старшей сестры?
— Детям не нужно на это смотреть. Пойдём домой, папа ждёт.
Смущённая женщина закрыла дочери глаза и поспешила в другой переулок.
Когда они ушли, Жун Сюнь наконец отпустил Жун Шан.
Под светом фонаря она медленно подняла глаза и заметила, что его уши давно покраснели.