Сун Цзыюй опустил голову и нервно перебирал пальцами.
— Я… я хотел увидеть Синьлань.
Услышав, что она пострадала, он очень переживал.
Жун Шан это не интересовало.
Она повернулась и холодно сказала:
— Возвращайся.
— Она не захочет тебя видеть.
Жун Шан искренне не понимала, зачем он в последнее время постоянно мелькает перед Чэнь Синьлань.
Она уже толкнула дверь, собираясь закрыть.
Сун Цзыюй поспешил вперёд.
Попытался войти, но два полицейских сразу перегородили путь.
— Вам нельзя внутрь.
— Я… я хороший друг Синьлань.
— Пожалуйста, пустите. Я только посмотрю на неё и сразу уйду.
«Хороший друг»?
Жун Шан усмехнулась.
Как смело он это говорит.
Больше не колеблясь, она закрыла дверь.
Хлопок отрезал шум коридора.
Взгляд Сун Цзыюя тут же потускнел.
Он попятился, пока спина не коснулась стены, и медленно присел на корточки.
Выглядел довольно жалко.
Через некоторое время дверь палаты снова открылась.
Журналисты в коридоре тут же оживились.
Жун Шан вышла.
Сун Цзыюй поднял голову и ошеломлённо смотрел, как она подходит к нему.
Жун Шан протянула руку.
— Дай телефон.
Он удивился, но после короткой паузы тут же достал аппарат и передал ей.
— Спасибо.
Она отвернулась и начала набирать номер.
Сун Цзыюй смотрел ей в спину с надеждой.
Секунда. Другая. Третья…
Похоже, соединение пошло.
Но Жун Шан вдруг повернулась к нему.
— Заходи.
— Только у тебя пять минут.
— Правда? — Сун Цзыюй не поверил своему счастью.
Не дожидаясь дополнительных слов, он бросился к двери.
Полицейские снова остановили его, и Сун Цзыюй обернулся к Жун Шан за помощью.
— Пропустите его, — сказала она.
Полицейский молча убрал руку.
Стоило Сун Цзыюю войти, как журналисты снова зашевелились.
— Кто это?
— Почему его пустили?
— Может, родственник Чэнь Синьлань?
— Вроде нет.
…
За спиной стоял шум.
Жун Шан отошла подальше и позвонила Хуа Наньюэ.
Пока шли гудки, она задумалась: кто сейчас возьмёт трубку?
Хуа Сичэнь или Хуа Бэйсин?
Ответили быстро.
Через несколько секунд на другом конце спросили:
— Вы кто?
— Сичэнь, я сейчас в больнице. Когда уходила, торопилась и забыла тебе сказать.
— …
— Сичэнь?
— Я не Сичэнь.
А, ошиблась?
— Бэйсин?
Теперь-то точно.
Но в следующую секунду у неё едва не заложило ухо от крика:
— Ты вообще кто такая? Психическая, что ли?!
То Сичэнь, то Бэйсин.
Он не тот и не другой, ясно?
Жун Шан опешила.
— Тогда ты кто?
Но отвечать мужчина не пожелал.
Раздались короткие гудки — он просто повесил трубку.
Жун Шан застыла.
Номер неправильный?
Она несколько раз внимательно сверила цифры.
Нет. Всё верно.
Тогда что происходит?
Сомнения мучили её. Сейчас ей хотелось немедленно вернуться и разобраться.
Но Чэнь Синьлань ещё не очнулась, а Чэнь Мусы в больницу не приехал.
Уйти было нельзя.
Жун Шан убрала телефон и вернулась в палату.
Едва дверь открылась, сидевший у кровати мужчина вскочил как ошпаренный.
— Ты… я…
Сун Цзыюй явно чувствовал себя виноватым.
Он не знал, заметила ли она, что только что поцеловал Чэнь Синьлань.