Понимая её вопрос, Гун Цзымо сам добавил объяснение.
Жун Шан посмотрела и облегчённо выдохнула.
Села на песок и между делом спросила:
— Я только что ушла. Ты совсем не боялся, что со мной что-нибудь случится?
— Ты сама ведь не боялась. — Мужчина тихо усмехнулся и начал разводить огонь зажигалкой.
Жун Шан заметила:
— Откуда зажигалка?
— Попросил у управляющего.
— И дал?
— Угу. — Гун Цзымо положил бумажную салфетку между дров, и та сразу загорелась. — Я сказал, что это тебе. Разве он мог отказать?
— …
Вот же хитрец.
Жун Шан посмотрела на море и замолчала.
Через некоторое время костёр разгорелся сильнее.
Ветра почти не было.
Жар и дым пошли прямо на неё.
Жун Шан машинально стала обмахиваться рукой.
Гун Цзымо покосился, убрал зажигалку и сел рядом.
Точно так, чтобы закрыть её от дыма и жара.
— Ну?
Только теперь спросил:
— Что случилось?
Жар сразу перестал так мешать.
Жун Шан посмотрела на его спину и всё поняла.
Снова отвернулась и улыбнулась.
Но улыбка быстро исчезла.
— Кто-то, похоже, принял наркотики и захотел женщину.
Она сказала это спокойно.
Гун Цзымо сразу нахмурился.
— Кто?
— Точно не знаю. Служанка сказала — племянник второй наложницы.
— …
Этот псих?
Возможно, он его знает.
Жун Шан заметила мрачное лицо.
— Что, встречался?
— И не раз. — Гун Цзымо произнёс медленно.
Жун Шан поняла: здесь есть история.
Подперла подбородок и молча стала ждать.
Через некоторое время он рассказал.
Племянник второй наложницы всегда отличался тяжёлым характером и ни во что не ставил людей.
Любил выпить, а пьяным совершенно себя не контролировал.
Однажды после выпивки даже изнасиловал служанку на вилле.
Тогда именно вторая наложница вмешалась и замяла дело.
А Гун Цзымо этот человек провоцировал снова и снова.
В конце концов довёл настолько, что Гун Цзымо ночью приказал поджечь его дом.
Племянник успел выбраться, но сильно обгорело лицо.
Даже пластические операции не помогли — остался обезображенным.
— Тц. Ты тоже не мягкий человек.
Какая же между ними ненависть, раз он сжёг человеку лицо?
— Что? — Гун Цзымо не ожидал такой реакции. — Думаешь, я был неправ?
— Не обязательно. — Жун Шан посмотрела на песок у ног. — Всё зависит от причины.
— Он несколько раз приставал к моей сестре и пытался принудить её к сексу. Это считается?
— Считается.
— Зная, что у меня сильная брезгливость, специально помочился в мою машину. Это считается?
— …
Ещё как.
Такое терпеть невозможно.
Но…
— У тебя мания чистоты? И серьёзная?
Совсем не похоже.
Гун Цзымо кивнул:
— Всегда была.
— Ещё что?
— Украл у меня одну вещь.
На самом деле первые два случая не были настоящей причиной расправы.
Последний — да.
— Что именно? — Жун Шан заинтересовалась.
Но он больше ничего не объяснил.
— В общем, держись от него подальше.
После ожогов этот человек стал почти безумным.
Постоянно срывается на прислуге, избивает людей.
Несколько лет назад Гун Цзымо уже хотел выгнать его с острова, но не успел — сам попал в аварию.