В коридоре собралось человек семнадцать-восемнадцать.
Но с места происшествия приехали только четверо: супруги Лю, Фуцзы и Жун Шан.
Господин Лю запинался не потому, что что-то скрывал. Он и сам толком не понимал, что именно случилось.
Жун Шан стояла дальше всех от старого господина Гу и даже оттуда чувствовала исходящую от него ярость.
Можно было представить, насколько он зол.
Наконец старик сорвался.
Трость взлетела и с резким хлопком опустилась на господина Лю.
Удар был быстрым и тяжёлым.
Тот совершенно не ожидал, ноги подогнулись, и он опустился на одно колено.
— Муж!
Госпожа Лю испуганно прикрыла рот.
Она хотела подойти, но муж остановил рукой.
— Не надо.
Старый господин Гу смотрел сверху вниз.
— Лю Фэн, Лю Фэн… Это я уже ни на что не гожусь или семья Гу стала настолько беспомощной, что ты раз за разом позволяешь себе задевать моих людей?
Сначала увёл жену у его сына.
Теперь любимый внук пришёл поздравить родную мать — и именно на территории Лю получил пулю.
Господин Лю говорил, что не знает, кто стрелял.
Старик не особенно верил.
По его мнению, тот будто нарочно решил оставить семью Гу без наследника.
Старый господин Гу глубоко вдохнул и снова поднял трость.
На этот раз удар приняла на себя госпожа Лю.
— Ах!
Она побледнела от боли.
Муж тут же поддержал её, не скрывая тревоги.
Историю прошлых лет нельзя было объяснить двумя словами.
Но Лю Фэн считал одно несомненным: он никогда никого не предавал и не делал ничего безнравственного.
С матерью Гу Синчэня он начал открыто встречаться только после её развода.
Если говорить об измене, спрашивать следовало Гу Сюна — кто первым поступил плохо?
Госпожа Лю прижимала ладонь к спине.
С красными глазами она опустилась перед старым господином Гу на колени.
— Простите.
— Я обязательно дам вам объяснение за то, что произошло сегодня.
Только за то, насколько хорошо старик относился к её сыну, она не смела обижаться, кого бы он сегодня ни ударил.
Он любил Гу Синчэня.
Она тоже.
Стоило представить, что пуля могла попасть прямо в сердце, и госпоже Лю становилось трудно дышать.
***
Глубокой ночью началась буря.
Жун Шан одна зашла в уборную. Никто не обратил внимания.
Она открыла кран и вымыла руки.
Вода в раковине быстро стала красной.
Когда закончила и подняла голову, в зеркале заметила на лице слабые следы крови.
Основное она вытерла ещё до приезда в больницу.
Но делала это не ради того, чтобы снять с себя подозрения.
Жун Шан опустила взгляд и спокойно вытирала руки бумажным полотенцем.
Ветер снаружи заставлял окно громко хлопать.
Она вдруг остановилась.
— Он умрёт?
Веко всё время дёргалось.
Как бы спокойно она ни выглядела, внутреннюю панику игнорировать не получалось.
Ответа не было.
Её голос просто растворился в пустом помещении.
Будто она сама себе отвечала.
— На десять цуней ниже сердечной линии… Наверное, умрёт.
И эту пулю он принял за неё.
Жун Шан на мгновение потерялась.
Зачем он это сделал?
Потому что любит тебя.
Так ответил голос внутри.
Она посмотрела на собственное отражение.
— Насколько сильно?
Наверное… настолько, что собственная жизнь уже не важна.