Через мгновение сверху раздался ледяной голос Фэн Цзюэ:
— Никто никуда не пойдёт.
Он отомстит.
Но сначала точно выяснит, кто убил Фэн Линсюэ.
Если это Шэн Чжанди — сам снимет ему голову с плеч.
Но если она…
Взгляд Фэн Цзюэ дрогнул.
Слишком многое в нём смешалось.
Похоже, в конце концов он всё-таки оказался эгоистом.
Граф Антон окончательно всё понял.
Фэн Цзюэ вовсе не собирался мстить за сестру.
От этого становилось мерзко.
И горько за Фэн Линсюэ — вот такого брата она имела.
Антон тяжело кивнул.
— Хорошо. Сегодня я наконец понял, кто вы такой.
Он не знал, что такого особенного в семье Шэн, раз даже Волчий король рядом с ними превратился в труса.
— Сам не хочешь идти — не иди. Я пойду!
Он сердито развернулся.
Но Фэн Цзюэ в тот же день издал приказ.
Отныне люди и волчий народ должны жить мирно.
Никакого завоевания.
Никакой резни.
Для замка это стало потрясением.
Почти половина волчьего народа отказалась подчиняться.
Как можно просто забыть всё произошедшее?
Ноль Семь и вовсе открыто предал Фэн Цзюэ и перешёл на сторону графа Антона.
Так внутри волчьего народа начался раскол.
Он разделился на две стороны.
Одну возглавлял Фэн Цзюэ.
Другую — граф Антон.
На седьмой день после этого похоронили Фэн Линсюэ.
И тогда огромные стаи волков ворвались в столицу.
Люди гибли и получали ранения.
Город охватила паника.
Не прошло и трёх дней, как улицы опустели.
Кто мог — бежал.
Остальные запирались дома и боялись выйти наружу.
Столько волков появилось внезапно, что Жун Шан и её отряд не могли позволить себе ни минуты отдыха.
Они сражались день и ночь.
Силы быстро истощались.
Июль.
Война длилась уже полмесяца.
Потери среди людей были огромными.
У Жун Шан не осталось выбора: она увела отряд из Наньшаня и перебросила его в центр города.
Новости тех дней сообщали одно и то же.
На одной улице нашли несколько тел.
В очередном жилом доме обнаружили погибших.
Будто наступил конец света.
Даже небо над столицей казалось мрачным.
Однажды человек, отвечавший за провизию, пришёл с плохими новостями.
Все городские магазины закрылись.
Никто не соглашался рисковать жизнью ради доставки еды.
Если так продолжится, они ещё не успеют победить волчий народ, а сами умрут с голоду.
Жун Шан была напряжена до предела.
Последние дни она почти не разглаживала бровей.
Но именно сейчас не могла позволить себе показать ни страх, ни растерянность.
Снаружи снова поднялся шум.
Фэн Цзюэ она не видела уже много дней.
Иногда в голову закрадывалась мысль: не обманул ли он её снова?
Ведь всё, что творилось снаружи, устраивали представители его народа.
Жун Шан раздражённо стояла у окна и массировала переносицу.
Дядя Цуй, отвечавший за питание, всё ещё не уходил и тревожно повторял, что положение становится безвыходным.
Жун Шан помолчала и обернулась.
— У семьи Шэн ещё остались запасы. Я съезжу и привезу.
Их было немного.
— Будем экономить.
Дядя Цуй тяжело вздохнул.
Ему и самому было не по себе.
Но особенно больно было видеть, как на плечи совсем молодой женщины легла такая тяжесть.
— Босс, если вы заберёте из дома всю еду, что останется старой госпоже?
Сколько там вообще запасов?
А сколько людей в отряде?
Даже если привезти всё, этого едва хватит ненадолго.
Но другого выхода у Жун Шан пока не было.
— Об этом не беспокойтесь.
— Я что-нибудь придумаю.
В крайнем случае сама выберется из города и привезёт продовольствие.