Гу Байли спросил себя: означает ли это, что он больше не любит Тан Шэна?
Нет.
Похоже, он действительно влюбился.
Иначе не позволял бы себя целовать без малейшего сопротивления. Не злился бы, когда Тан Шэн игнорирует его и проводит время с другой женщиной. Не чувствовал бы такой тревоги.
Но в гневе он уже наговорил слишком много. Отступить сейчас означало потерять лицо.
Гу Байли всегда дорожил гордостью. Без подходящего повода он продолжал бы упрямиться.
Жун Шан услышала его мысли и решила, что он сам роет себе яму.
Ночь только начиналась. Торопиться было некуда.
Полежав на нём ещё немного, она наконец поднялась.
***
Через двадцать минут Жун Шан привезла Гу Байли в пятизвёздочный отель в центре города.
Увидев, что она снимает номер, он ошеломлённо остановился посреди холла. В итоге Жун Шан пришлось буквально тащить его за собой.
Ещё через пять минут дверь номера с грохотом захлопнулась. Гу Байли сразу напрягся.
Жун Шан прошла мимо, а он машинально вцепился в ворот рубашки.
— Тан Шэн, зачем ты привёл меня в отель?
Он ведь уже сказал: между ними ничего не будет.
— Просто так.
Чувствуя его напряжение, Жун Шан беспечно улыбнулась. Но сразу после этих слов медленно сняла пиджак.
Номер в отеле.
Раздевание.
У Гу Байли вспыхнуло лицо. Он застыл на месте, но рот уже не слушался:
— Тан Шэн, мы оба мужчины. Даже не думай делать что-нибудь странное!
Однако за страхом и нервозностью глубоко внутри таилось ещё и возбуждение.
Да, именно оно.
Гу Байли казалось, что он сходит с ума.
Почему вид раздевающегося Тан Шэна так волновал его?
Тёплый свет падал на тонкую фигуру Жун Шан. Гу Байли не мог отвести глаз.
Она сняла верхнюю одежду и расстегнула пуговицы рубашки. Всё это он видел только со спины и уже решил, что сейчас она снимет последнюю вещь и повернётся.
Но Жун Шан лишь усмехнулась, взяла с кровати халат и вошла в ванную.
— Я сначала приму душ. Сиди смирно.
Дверь закрылась.
Воображаемая сцена не состоялась. Гу Байли облегчённо выдохнул, но затем почему-то почувствовал разочарование.
Зачем Тан Шэн вообще привёл его сюда?
Неужели только ради душа?
Хватит. Глупо думать о том, чего ещё не произошло.
Он сел на край мягкой кровати, достал телефон и запустил игру.
Время медленно тянулось. За окном ночь стала густой, как чернила.
Когда Гу Байли полностью увлёкся игрой, дверь ванной открылась.
По мягкому ковру бесшумно ступили белые босые ноги.
Жун Шан была только в белом халате. Она подошла так тихо, что Гу Байли заметил её лишь тогда, когда уже оказался опрокинут на кровать.