Жун Шан предположила, что четвёртый и десятый господа были братьями, и сказала это почти не задумываясь.
Но лицо Фу Бэйяо изменилось. Он приподнял её подбородок.
— Ты хочешь выйти за него?
В его глубоких глазах мелькнуло нечто непонятное. Жун Шан сбросила его руку.
— А если я возьму тебя в жёны? Согласишься? — с интересом спросил он.
— Нет.
Она отказала без малейшей паузы. Фу Бэйяо на мгновение застыл.
Жун Шан посмотрела на него с улыбкой:
— Мне гораздо приятнее услышать, как вы называете меня четвёртой невесткой. Ну?
Она явно его дразнила.
Фу Бэйяо чувствовал: к нему и Фу Цзинчэню эта женщина относилась совершенно по-разному.
Ночь была черна как тушь. Жун Шан вновь ушла прямо у него из-под носа. Он смотрел ей вслед, а на его губах появилась многозначительная улыбка.
Му Юньшу.
Он беззвучно повторил это имя.
***
На следующее утро Жун Шан едва открыла дверь, как внутрь вошёл мужчина с холодным выражением лица.
— Фу Цзинчэнь? Вы так рано…
— Госпожа Му, до наступления темноты вы должны покинуть поместье.
Он перебил её и посмотрел без всяких эмоций.
Жун Шан рассмеялась от неожиданности.
— Сегодня? И обязательно до темноты? Почему?
— Без причины. Вы уже живёте здесь три дня.
— Сегодня только третий день.
— Почти одно и то же.
Вчера он весь день не показывался, а теперь с утра пришёл её выгонять.
Они действительно были почти незнакомы, поэтому в самом требовании не было ничего странного. Но почему до заката?
— Хорошо, — мягко улыбнулась Жун Шан. — Только я уйду вечером. В темноте легче скрыться. Не хочу, чтобы отец и вторая госпожа меня поймали.
В её голосе звучал страх. Любой другой согласился бы на такую небольшую просьбу.
— Нет. Вы должны уйти до темноты, — без колебаний сказал Фу Цзинчэнь.
Жун Шан замолчала.
[Можно я его ударю?]
Хотя они были знакомы уже давно, желание как следует избить этого человека вспыхнуло с прежней силой.
[Потерпи. Попробуй быть нежнее, как прежняя хозяйка тела], — посоветовало Сердечко.
[Проваливай!]
Мысленно отругав систему, Жун Шан закрыла лицо руками и принялась вытирать слёзы.