Мать Бай увезли на допрос как единственного свидетеля.
Нет, как подозреваемую.
Жун Шан сумела избежать неприятностей сама, но они настигли мать хозяйки тела.
Иногда она не понимала: почему всем, кто с ней связан, обязательно приходится страдать?
Впрочем, убийство совершила не мать Бай, и сделать с ней ничего не могли.
Через три часа, глубокой ночью, женщина вернулась.
По одному виду было понятно, насколько она измотана.
Жун Шан хотела подойти, но, едва закрыв дверь, мать Бай опустилась на корточки.
— Как… Как такое могло случиться?
Она была на грани истерики. Жун Шан внимательно посмотрела на неё.
— Что произошло?
Женщина обхватила голову обеими руками. Жун Шан впервые видела её настолько беспомощной.
— Мам, что случилось?
— Сяоюй, камеры сломались!
Женщина за сорок почти кричала. В её голосе слышалось отчаяние.
Жун Шан удивлённо приподняла бровь.
— Камеры сломались?
Как это возможно?
Она ведь ещё ничего с ними не делала.
— Не знаю. Я слышала, как они звонили друг другу. Все были в панике. Я… Я…
Слишком странно.
Столько происшествий за один вечер оказалось для матери Бай непосильным ударом.
Стоило закрыть глаза, как перед ней снова появлялся старик Ван с перерезанным горлом.
Эта картина не отпускала.
Удивительно, не правда ли?
Убийца действовал так быстро, что уже уничтожил камеры.
Теперь понятно, почему он без всякого страха ворвался в чужой дом и убил человека.
Жун Шан задумалась. Она не знала, стоит ли вмешиваться.
Пусть жертвами становились люди, заслуживавшие наказания, но убийства продолжались одно за другим. Добром это не кончится.
Мать Бай плакала. Помимо растерянности, её наверняка пугало, что снять подозрения не удастся.
Никто не видел мужчину, входившего в дом старика Вана.
Зато мать Бай видели.
Старик погиб, и именно она выглядела главной подозреваемой.
— Мам, не накручивай себя. — После недолгого раздумья Жун Шан подошла и взяла её за руку.
Хозяйка тела желала, чтобы мать жила спокойно.
— Сяоюй, что мне делать?
Мысль о том, что она ни с того ни с сего стала подозреваемой в убийстве, пугала женщину до дрожи.
***
Глубокой ночью Жун Шан долго сидела у её кровати. Только когда мать Бай уснула, поднялась и вышла.
Но в свою комнату не пошла.
За последние дни произошло слишком многое. Вопросов оставалось немало.
Почему тот мужчина убил Чэн Саня и старика Вана?
У него была с ними давняя вражда?
Жун Шан не спалось, и она вышла на улицу.
В проходе стояла неестественная тишина. Холодный ветер по-прежнему приносил кислый затхлый запах.
Спрятав руки в карманы, она покинула Счастливый двор и незаметно для себя пришла к месту вечернего убийства.
От прошлого переулка его отделяло совсем немного.
Дверь дома старика Вана всё ещё была открыта. Внутри кто-то плакал — вероятно, родственники.
Жун Шан не стала входить. Осталась у переулка, под ветром.
В воздухе тяжело стоял запах крови.